Направленный взгляд в мир, где незаметная служанка случайно открывает глаза на истинное величие и бездну жизни высшего света. Каждая мысль о подлинной любви здесь дрожит между роскошью и невесомостью. Здесь стены дворца падают, а сердце девушки неизбежно становится заложником глубоких тайн....
– Присаживайтесь, расскажите о той ресторации, где работаете, откуда у вас такие интересные работники, котярусы и дриады? Неужели хозяин не боится прогореть, принимая таких странных личностей?
– Что вы, господин генерал…
Девушка, улыбнувшись, присела напротив и с радостью начала рассказывать, какие добрые котярусы, какие милые и застенчивые дриады, что все неправильно о них думают.
Генерал пил чай, иногда кивал и с удовольствием смотрел на нежную улыбку, добрые красивые глаза. У него было лишь одно желание: пусть Белла продолжает говорить, и без разницы, что.
Глава 30. Бег и кнут
– Мартин, скажи, как тебе генерал? – укладываясь спать, зачем-то ляпнула я.
– Как? – поправлявший подушку малыш замер. – Здоровый, магически сильный. А что? Почему спрашиваешь? Думаешь, что он тебя заподозрил?
– Сомневаюсь, что заподозрил. Он ко мне пришёл, как к служанке. Был такой милый, добрый, внимательно слушал, – я вспомнила его заинтересованный взгляд. – Выпил три кружки чая, хотя вернулся из ресторации.
– Милая моя Бель, – Мартин, улыбаясь, поправил одеяло и забрался ко мне на живот, превратившись в кота, помурлыкал и продолжил: – Неужели генерал Тайгриан запал в твоё сердечко? Он тебе понравился как мужчина?
– Вот ещё, – фыркнула я, натягивая одеяло на подбородок.
– Всё же я прав, понравился. И что будешь делать?
– В каком смысле «делать»? Я же не влюбилась, да симпатичен, вызывает интерес, но не более, – ответила, а сама задумалась так ли это?
– Ладно, спи, утром рано вставать, – зевнул Мартин.
– Да, прибегала служанка с запиской от Генриетты. Та требует, чтобы я пораньше уходила и не показывалась на глаза господам. Мол, в моём кулинарном искусстве никто более не нуждается.
– Да, читал. Наместник своего повара пригласил, тот должен нанять ещё поварят.
Мы болтали с Мартином, мои глаза закрывались, я уже несвязно бормотала в ответ и словно сквозь вату услышала, как мой фамильяр несколько раз ойкнул. Открыть вновь глаза сил не было, я провалилась в сон.
А на утро меня разбудил шум за окном.
Протерев глаза, встала, отодвинула штору и посмотрела во двор. На огромном плацу маршировали все мои подчинённые воины, они шипели, спотыкались, но магический голубой кнут не давал передохнуть. Я присмотрелась и поняла, что народа больше, чем следует, в шеренгах были воины, которые только прибыли в замок.
Что происходит? Я мысленно застонала. Откуда кнут?
– Мартин! – топнув ногой по холодному полу, позвала я.
