Кровь хлынула через груди герцогини, заставляя ее дрожать от невыносимой боли. Последняя, отчаянная попытка скрыть истинные чувства — именем императора она могла наделить людей судьбу. Но он видит их глаза, полные равнодушия и даже насмешки, у confirming что за это ждет.
Зато следующее заставило брови Лес удивленно скользнуть вверх. Алое, с черными кружевами и кокетливыми сеточками в глубоких разрезах и декольте. Такое вполне можно было бы надеть перед мужчиной, направляясь в постель. Еще два — грязно-рыжее и молочно-сероватое — Амилеста даже разглядывать не стала. Итак, было все понятно.
— Девушки, — она повернулась к замершим в ожидании женщинам. Судя по их нездоровому блеску в глазах, в своих выводах она не ошиблась, — не могли бы вы выйти. Нам с леерой Дампэ необходимо кое-что обсудить.
Это была не просьба, и девушки это поняли, послушно выскользнув за дверь. Амилеста, спокойно улыбаясь, небрежно сбросила одно из платьев на пол и села в освободившееся кресло, продолжая безмятежно улыбаться и рассматривать портниху, на лице которой с каждой секундой проступала нервозность.
— Миледи, вам не понравились платья? — осторожно поинтересовалась она, не выдержав молчания.
— Нет. — Похоже, такой прямоты женщина от нее не ждала.
— Я могу принести другие платья?
— Зачем? — Лес вскинула бровь.
— Ее величество одеваю я, миледи, — прошептала женщина, теребя в руках край манжета.
— Если бы это была ошибка, вы бы сразу так и сказали, — отрезала Лес. — Теперь я хочу услышать правдивый ответ, леера. Кто надоумил вас на такую глупую шутку?
— Это просто ошибка… — снова начала она, но Лес была уже порядком раздражена.
— Это вы сейчас совершаете ошибку, леера.
