В глубокой тайне моря прячется земля Герцогства на краю — мир изгнанников и чародеев. Моя судьба связана с жемчужной канавкой, где я родилась в облике простого рыбака-шлюха. Тайны и магия окутывают героиню, когда она раскрывает свою происхождение — дочерью выжившей беременной шлюхины....
Я смотрела во все глаза… Серые могучие стены с зубцами наверху, сияющие под солнцем ленты рек внизу, голубой чешуйчатый сланец крыш и блеск лат дозорных… и внезапно пронзившее осознание, переходящее в гордость – в моих жилах течет кровь тех, кто воздвиг эту красоту, эту мощь! Росс, чувствуя мой восторг, улыбался."
"Когда лорд Йарби поставил меня на камни мостовой, у меня на лице тоже сияла улыбка. Которая продержалась ровно до того момента, пока я не обернулась и не увидела двоих, застывших рядом с закаменевшим Аскани.
За что он меня ненавидит, что я ему сделала?
Лорд Йарби взглянул на меня, на молодого придворного, помрачнел. Шагнул ближе, положил руки рыжему на виски, поморщился, сунул руку парню за пазуху, сорвал золотую загогулину на цепочке, снова прикоснулся к вискам.
– Кринстен тер Чиран, девятнадцать лет. Да, Тим из окна вытолкнул он. К сожалению, по собственной инициативе, лорд Барака лишь подливал масла в огонь, раз за разом напоминая о проваленном задании – совратить Аскани. И о том, что именно из-за лорда Ансаби он, Кринстен, служит сейчас никчемным мальчиком на побегушках. Основной мотив преступления – отомстить, причинить боль лорду Сайгирн, убив его невесту. Про Тим он услышал от других слуг.
Бредли вздохнул, взглянул на заледеневшего Аскани.
– Лорд, созовите челядь! Я воин, а не палач, но я ещё и эмиссар короны с соответствующими полномочиями.
Всё закончилось быстро. Собравшиеся несколько десятков человек выслушали краткий рассказ Бредли о случившемся и приговор. Люди согласно кивали – цепляющуюся за стену башни меня все видели своими глазами. Да и вина Кринстена, стоящего на коленях с перекошенным лицом, и выплевывающего раз за разом: «Ненавижу! Ненавижу!» – сомнений ни у кого не вызывала.
