На уродливых лицах скалились желтые зубы, маленькие красные глазки с ненавистью смотрели на людей. Головы и плечи злыдней были покрыты острыми иглами, похожими на иглы дикобраза, только угольно-черного цвета. Их уродливые тела покрывала короткая черная шерсть.
По телу Тимофея побежали мурашки. На лицах Димки, Карины и Мезенцева застыло выражение страха и отвращения.
– Мамочки! – взвизгнула Карина. – Они такие же, как на старых гравюрах!
Злыдни замерли перед ними, издавая хриплое ехидное хихиканье. Было в них что-то настолько мерзкое, неправильное и злобное, что у Зверева возникло инстинктивное желание броситься вперед и выжечь этих тварей напалмом.
– Что происходит? – взволнованно прошептал шериф, но ему никто не ответил.
– Они же не тронут своего потомка? – тихо спросил Тимофей, пытаясь вытолкнуть Димку перед собой.
– Мне кажется, им без разницы, – прошептал в ответ Трофимов. – Они, наверное, друг друга жрут, что уж говорить о людях…
Злыдни резко бросились вперед. Всего в коридоре их толпилось около десятка, но, судя по испуганным крикам полицейских и грохоту выстрелов, в участке этих монстров собралось намного больше. Шериф вскинул пистолет и выстрелил. Первый злыдень, кувыркаясь, отлетел назад, но остальные просто перепрыгнули через него на бегу. Мезенцев начал палить в черную толпу без разбора. Подбитые злыдни разлетались во все стороны, остальные продолжали переть на застывших людей.
– Ладно, сейчас им покажем, – выдохнул Тимофей, и в обеих его руках полыхнул огонь.
Шериф испуганно отпрыгнул в сторону, очумело уставившись на Зверева.
– Это… – выкрикнул он. – Как это?!
Тимофей, взглянув на него, пожал плечами, затем швырнул огненные заряды навстречу несущимся злыдням, и пламя, врезавшись в толпу, с грохотом взорвалось. Почерневшие игольчатые тела разлетелись по коридору, и больше они не двигались.
– Бежим! – коротко сказал Тимофей и первый понесся к пролому в стене.
Мезенцев взглянул на свой пистолет и понял, что патроны уже закончились. А монстров в участке было еще хоть отбавляй. Над их головами слышался какой-то стальной скрежет, словно кто-то пытался пробраться в участок сквозь крышу.
Когда они выбежали в главный коридор, навстречу им скакали еще семь злыдней, покрупнее предыдущих. Они словно вырастали из-под пола.
Мимо пробежал вопящий полицейский, на плечах которого сидел еще один уродливый злыдень и, злобно хихикая, царапал мужчине лицо. А тот все никак не мог его сбросить.
