В дамских розовых кошмарах и феерических воздушных прогулках – история о том, как молодая девушка попадает между сидящим в кресле лордом инспектором и его женой. В этот момент она становится центральной фигурой в игре любви и чародейства.
Или это отблески пожара?
Быстро окинув спящего сына внимательным взглядом и убедившись, что он точно в порядке, я решительно направилась к довольной парочке.
– Лил, ты цела?
Рядом с высоким Хельцем я выглядела мелкой букашкой, которую легко раздавить. Но допустить, чтобы он обидел мою Лил?..
Глядя нелюдю в глаза, я мысленно представила, как подливаю ему в чай слабительное.
Хельц прищурился – явно уловил мой боевой настрой и обещание угрозы – и поставил Лил на ноги. Хороший мальчик… пока ничего делать не буду.
– Я в порядке, Джемма. Как Оливер? – всполошилась Лил.
– Переутомился, – сухо ответила я.
Подхватив воспитанницу под руку, повела ее прочь, подальше от странного блондина, которому холодно жарким летом и тепло в горящем доме.
Спиной почувствовала чужой взгляд. Вспомнился рык Хельца, когда я попала ему обувью в лоб. Он пробудил подспудный страх, но я все равно обернулась и посмотрела нелюдю в глаза. За своих буду стоять до конца, худосочная трепетная дева ему не достанется!
Вопреки ожиданиям, кучер не показал досаду, наоборот, в его глазах промелькнуло нечто похожее на удовлетворение и уважение.
От игры в гляделки меня отвлек Аламейский.
– Случившееся, госпожа Рутшер, перечеркивает старые договоренности.
Я сжалась, ощущая, как внутри растет ледяной ком. Я сражалась за сына и проиграла?
– Ни за что не поверю, что вы, целительница, не предполагали пробуждения у сына четвертой стихии, – сварливо заявил Аламейский. – И что же мне с вами делать?
– Понять и простить? То есть отпустить? – быстро исправилась я, понимая, что не все потеряно, раз инспектор еще ничего не решил.
– Привыкли отдавать долги, в том числе и чужие?
Это на что он намекает? Я опустила глаза. Надеясь, что инспектор не все успел раскопать, иначе мне будет очень стыдно.
Не дождавшись ответа, он спокойно поинтересовался:
– Если отпущу, далеко уйдете с нестабильным чародеем? Есть все предпосылки, что Оливер универсал.
То, что магия пробудилась так рано (да еще четыре стихии!), меньше чем за три года, было главным признаком. Предсказуемо, что инспектор сделал такой вывод.
И все же я решила возразить:
– В моем роду их не было, по линии отца Оливера, кажется, тоже.
– Универсалы – благословение богов, их нельзя «вывести» специально, подбирая будущему ребенку одаренных родителей, – напомнил инспектор о давно сделанных учеными выводах.
