В дамских розовых кошмарах и феерических воздушных прогулках – история о том, как молодая девушка попадает между сидящим в кресле лордом инспектором и его женой. В этот момент она становится центральной фигурой в игре любви и чародейства.
В военном госпитале приобрела!
Озвучивать ответ я не собиралась – Аламейский в ярости, что нарушила приказ, и все равно не услышит. Я также не собиралась его ненавидеть – готова вытерпеть любое отношение, лишь бы помог устроиться в пансион Оливера.
– Против вампиров никакой опыт не поможет, и ты знаешь, что они делают с захваченными женщинами, – отрезал Аламейский и уже роженице велел: – Чего стоите? Быстро в карету с ребенком!
Пока моя невольная пациентка устраивалась, ласково воркуя над уснувшей малышкой, к открытой двери подошел Бенджи.
– Эй, Джемма. – Он поманил пальцем и, когда я склонилась к нему, прошептал: – Не обижайтесь на лорда, он неплох. Просто безопасность женщин – его пунктик.
– Почему? – Вопрос вырвался против воли сам собой, ведь я и не собиралась интересоваться персоной инспектора. Что творится у него в голове, меня совсем не волнует и не касается.
– Во время войны у лорда погибла любимая.
Выдав чужой секрет, Бенджи поспешно ретировался.
Откинувшись на спинку сиденья, я постаралась совладать с возмущением, рвущимся наружу.
Во сне Оливер безошибочно нашел меня и, довольно вздохнув, прижался к боку. Лил и Хлоя смотрели с жадным любопытством, но терпеливо молчали. Что ж, подождут, на рассказ нет сил.
Чужое мирное сопение навевало дрему, и я устало прикрыла глаза. Боги, я так устала. Не только сегодня, а вообще по жизни. Я только на пару минуточек закрою глаза…
Проснулась я, переполненная сил.
И где это я? Явно какой-то деревенский домик с низким потолком и стенами из потемневшего от времени дерева. В комнате я одна, но несколько своих кофров у стены узнала. Еще на соседней кровати, застеленной зеленым плетеным покрывалом, лежала шляпка Лил и летний синий пиджак Оливера. Моя семья неподалеку, отлично. Паника, не начавшись толком, завершилась.
И все же как я здесь оказалась? Настолько выложилась, что уснула и даже не почувствовала, когда меня перенесли на кровать?
Потянувшись, обнаружила, что на мне не просто нет верхней одежды, но и вместо нательной рубашки ночная. Лил позаботилась, больше некому. Даже как переодевалась, не помнила, что со мной впервые.
– Доброе утро, госпожа! – В комнату вплыла дородная женщина с симпатичными ямочками на округлом лице. – Как спалось?"
"– Хорошо.
