У нас намечался очень плотный завтрак, немного напоминающий обед.
Удивительно, но Селестина еще спала. Хорошие тут, однако, специи…
— Я еще в прошлый раз хотел рассказать, что наткнулся на что-то странное.
Мы с Кеннетом переглянулись и оба как по команде изобразили полное внимание.
Выглядел Джонас очень усталым и заметно напряженным. И несколько глотков кофе ситуацию не улучшили. Требовалось что-то более внушительное, возможно специи Ховарда.
Когда все закончится, мы обязательно соберем тех, кто нам помогал, и устроим грандиозный отпуск… Себе, конечно, тоже.
— До меня дошел слух, что у родового артефакта Майбаров был двойник. Но источник этих слухов не внушает мне доверия, а тот, кто может все подтвердить или опровергнуть, пока не соглашается со мной встретиться. Я же всего лишь подмастерье. — Горестно вздохнув, Джонас поставил пустую кружку на стол, и я аккуратно пододвинула к нему тарелку с булочками. Наличие нормальной еды вокруг наш помощник почему-то игнорировал. Возможно, от волнения у него пропал аппетит.
— Я напряг своего мастера, попросил порекомендовать меня. Долго выдумывал причину, чуть не потерял место… Но это слишком важно, так что я обязательно выясню правду! Ну а теперь мне пора. — И мой бывший жених бросил выразительный взгляд на дверь.
Точно, там вроде что-то зашуршало. Но не у самой двери, а на лестнице. Мы с Кеннетом дружно встали из-за стола и пошли провожать гостя.
Как и ожидалось, в холле обнаружилась Селестина. Она была одновременно и взволнованна, и растеряна, хотя выглядела при этом лучше, чем вчера: исчезли темные круги под глазами, вернулся здоровый румянец юной девушки. Правильно, выспалась в кои-то веки.
— Дядя? Оливия? Ко мне… никто не приходил? — спросила она и испуганно закусила губу. А потом посмотрела на меня таким многозначительным взглядом, мол, ну ты-то понимаешь?!
— Никто, Селести. — Я покачала головой. — И записок тоже не присылали.
— Я должна бежать! — подхватилась племянница Кеннета, слетая с лестницы чуть ли не через две ступеньки. — Вдруг что-то…
— … случилось с твоим таинственным возлюбленным? — сухо спросил Кен, перехватывая девчонку на пути к двери. — Не думаю. Вот что, Селестина. Нам нужно серьезно поговорить. Идем со мной. И ты, Оливия… пожалуйста.
— Предательница! — Бывшая подружка обернулась ко мне, и сквозь слезы в ее глазах светилась нешуточная злость. — Как ты могла?!
— Но ты же смогла убить меня, Селести, — спокойно ответила я.
— Что?! Нет! Что за глупости! — заморгала та.
