Хотя многие, — мой взгляд многозначительно скользнул на Селестину, — уверены, что для пересчета твоих денег знаний у меня уже достаточно, — последние слова были полны сарказма.
Похоже, городские сплетни меня все же задели. Почему большинству людей проще поверить в циничные мотивы, чем в благородное желание спасти невиновного? Ладно, с «благородным» я перегнула. Но о финансовом состоянии моего мужа я узнала уже после его спасения. А Оливия вообще об этом не думала.
Судя по скептическому взгляду Кеннета, он тоже относился к большинству, а вот Де Бар одобрительно кивнул:
— Правильно, сейчас такие времена, что даже женщинам необходимо образование.
— Погоди! — влезла со своим непрошеным мнением дорогая подружка. — Так ты действительно собираешься вернуться к учебе через год?!
— Конечно! — Поставив крохотную чашечку с кофе на тоненькое блюдечко, я с грустью вспомнила любимую кружку, ту самую, из которой пила чай перед смертью в другом мире. И с вызовом посмотрела на Селестину: — Кто мне сможет помешать?
— Но зачем?! То есть я хотела сказать…
— Что денег твоего дяди действительно хватит, — немного насмешливо закончила я. — Мы же так давно дружим. Как ты могла забыть о моих настоящих мечтах?
Подруга замолчала и так выразительно посмотрела на меня, что я срочно полезла в закрома памяти.
Все оказалось вполне прилично, ожидаемо, но довольно забавно. Оказывается, моя предшественница даже не скрывала, что мечтает выйти замуж за господина ректора. Вот Селестина и опешила, не понимая, в чем я ее обвинила. Ну, это к лучшему — пока она в прострации, от нее вреда и болтовни меньше.
Зато на пару секунд за столом стало тихо. Все дружно сделали вид, будто ничего не произошло и они наслаждаются кофе с пирожными.
Обед уже подходил к концу, а я все еще не придумала, как бы так половчее загнать мужа и его друга в угол, чтобы там прижать и допросить. Эх… прошли те времена, когда я могла вызвать нужного свидетеля в свой кабинет повесткой и прямо потребовать отвечать на вопросы.
Впрочем, и тогда приходилось хитрить, строить разговор по-особенному, ловить мельчайшие внешние намеки на испытываемые эмоции. Значит, и теперь справлюсь. За моими плечами не только профессиональный, но и жизненный опыт.
Кеннет снова едва заметно покашлял, и его рука рефлекторно дернулась. Хотел потереть шею, но сдержался. Ты ж моя умничка. И придумывать больше ничего не надо!
— Гаспар, я могу попросить вас задержаться? Боюсь, мой муж все еще не слишком хорошо себя чувствует.
