Шестнадцатый роман цикла о приключениях героя, переживающего бурные события середины первого века до нашей эры. Во время завоевания Галлии Цезарем главный персонаж оказывается втянут в грандиозную военную кампанию, участвуя в кровавых сражениях и интригах древнеримской империи.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Гезат» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Шестнадцатый роман цикла о приключениях героя, переживающего бурные события середины первого века до нашей эры. Во время завоевания Галлии Цезарем главный персонаж оказывается втянут в грандиозную военную кампанию, участвуя в кровавых сражениях и интригах древнеримской империи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Васильевич Чернобровкин Самиздат подборки серии
Шестнадцатый роман цикла о приключениях героя, переживающего бурные события середины первого века до нашей эры. Во время завоевания Галлии Цезарем главный персонаж оказывается втянут в грандиозную военную кампанию, участвуя в кровавых сражениях и интригах древнеримской империи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Наверное, кто-нибудь умудрился ускользнуть, всегда находятся везунчики, но вряд ли захотят еще раз попасть под раздачу, удерут домой. Остальные лежали в разных позах на сухой и твердой земле, которая жадно впитывала кровь, текущую из ран, и словно бы именно поэтому приобретала красноватый оттенок.
Когда подъехал Гай Юлий Цезарь со свитой, мои подчиненные заканчивали сбор трофеев. Как по мне, ничего ценного с мертвого стрелка взять нельзя, разве что свинцовые пули у пращников, потому что на любой металл сейчас есть спрос, но всегда находятся желающие обшмонать трупы. Рядом с императором скакал на крупном вороном жеребце Митридат Пергамский — обладатель лукавых карих глаз под густыми черными бровями, широкого длинного носа и густых черных усов, скрывавших верхнюю губу. Двух- или трехдневная щетина делала его похожим на обычного грабителя с большой дороги. Вот только надраенные, бронзовые шлем в виде головы льва и «мускульный» панцирь, золотые персти с драгоценными и полудрагоценными камнями разного цвета на всех пальцах, кроме больших, и ремень из золотых прямоугольных пластин с барельефами в виде скачущих лошадей, говорили, что передо мной очень богатый человек.
— Это тот самый хитрейший из кельтов и воинственнейший из греков, о котором я тебе рассказывал, — представил меня Гай Юлий Цезарь на греческом языке Митридату Пергамскому. — Очередное его коварство погубило значительную часть египетской армии.
— Это он предсказывает судьбу? — задал тот уточняющий вопрос.
— Да, — подтвердил император."
"Людям хочется верить, что кто-то из близких или хотя бы знакомых обладает феноменальными способностями, особенно, если этот человек предсказывает им что-то хорошее. Сколько бы раз я ни говорил, что не наказан ясновиденьем, мне упорно не верили. Наверное, потому, что сказанное мной о Гае Юлии Цезаре пока сбывается, несмотря на то, что оказывается в тех еще переплетах.
— А что ждет меня? — обратился ко мне Митридат Пергамский.
— Не знаю, — честно признался я. — Мне известно, что великим будут считать только одного Митридата, и он уже умер, — и, чтобы подсластить пилюлю, добавил: — Боги отдыхают на детях великих людей.
Как я и предполагал, Митридат Пергамский счел последнюю часть моей речи косвенным подтверждением того, что является сыном великого царя. Что ж, как докажет наука через пару тысяч лет, частично он будет прав. Если женщина жила с одним мужчиной, а потом забеременела от другого, то ребенок будет нести в себе и частичку первого. Так что в добрачной девственности есть определенный смысл: большинство мужчин не сильно озабочены воспитанием детей, даже своих, а уж про чужих и говорить нечего.
150Египетский лагерь располагался на большом высоком холме на берегу Нила.
