Жанр
В далеких гиблых землях летали бравые воины, но они были не такими как ты — их крылья были белыми и алыми, как кровь. Ты пытаешься выбраться из лабиринта чёрных псов с красным крестом на груди, приказывая тебе быть готовым к бою, но ротный не понимает твоего отсутствия в игре жизни и смерти. Вокруг тебя — кровавые россыпи белых крыльев и ты осознаешь, что каждый шаг может стать последним......
После прохождения Инициации сделать это будет труднее. Ты разве сама не хочешь обрести силу?
— Я… — Корал замялась. — Я боюсь.
— Чего? — закончив с обыском, я выпрямился и повернулся к девушке.
— Инициации. А что… Что, если Колыбель не примет меня?
— Брось, — махнул рукой я.
— До моего совершеннолетия еще несколько недель, — негромко проговорила Корал. Я внимательно посмотрел на девушку. Черт. А ведь о таком я как-то и не подумал. Интересно, это вообще важно? Или инициацию просто привязывают к совершеннолетию, как к некой сакральной дате?
— И? — решив потянуть время, проговорил я.
— Не знаю, — растерянно пожала плечами девушка. — Просто… Обычно это праздник. Торжество, при котором присутствует весь Дом… Гости, приглашенные из других Домов… Бал…
Я с трудом сдержался, чтоб не рассмеяться. Вон оно че, Михалыч! Понимаю. У нас так девчонки выпускной в школе ждали. А тут — больше, чем выпускной. Возможность блеснуть в свете, побыть звездой вечера… Балы, красавчики, лакеи, юнкера, ага.
— Если мы выберемся отсюда, — очень серьезно проговорил я, глядя прямо в глаза девушке, — у тебя обязательно будет еще не один бал в жизни. А вот если не выберемся — то сильно вряд ли. Так что особых вариантов у нас нет.
— Ладно, — Корал махнула рукой. — Выбора действительно нет. У тебя есть план?
— Конечно, — уверенно кивнул я. — Откроем дверь, пройдем Железный коридор, найдем Сферу, пройдем Инициацию. Просто, как пряник съесть.
— А… — Корал растерянно замерла. — А более подробного плана нет?
— Пока — нет, — проговорил я, пристраивая за спиной колчан. — Но я обязательно его придумаю.
«Если мне дадут на это время», — мысленно закончил я. И, к сожалению, что-то подсказывало, что со временем на сочинительство планов у нас напряженка.
Впрочем, а когда было по-другому?
Глава 19
Что ни говори, а к лучникам я со всем уважением. Все эти Робины Гуды, Чингачгуки и прочие Китнисс Эвердин — люди невероятной крутизны.
