Орудовали мечами умело. Похуже меня, возможно, похуже капюшона, но большинству противников этого явно было достаточно. Рассекая воздух гудящими красными линиями, сохраняя строй, они пробивались к площадкам телепорта — и получалось у них совсем неплохо. Сама миледи Игнис держалась в центре круга, но выступала в битве отнюдь не наблюдателем.
Женщина подняла руки, взмахнула широкими рукавами — и из ее ладоней, вот гадом буду, вырвались две струи пламени! Поведя рукой, миледи направила сопло своего импровизированного огнемета в сторону напирающих ренегатов, и тут же раздались вопли боли, а до меня, несмотря на расстояние, донесся запах, который я не мог спутать ни с чем: запах горящей человеческой плоти.
Твою ж мечту, че здесь творится-то вообще?
У сторонников Старков дела обстояли похуже. Они пытались пробиться к Игнисам — если я все правильно понял, это такое же родовое имя, как и Старк — но выходило откровенно паршиво. Леди Тивора с искаженным гневом лицом разила неприятелей голубыми молниями, но с каждой секундой их свечение становилось бледнее.
Где-то за ее спиной держалась Лиана, рядом с ними оставалась горстка верных гвардейцев — в крови, своей и чужой, они пошатывались, но явно собирались биться до последнего. Ч-черт…
Меньше всего мне сейчас хотелось ввязываться в эту свалку. Кажется, два гвардейца и гребаный «капюшон» — это мой предел. По крайней мере, сейчас и с этим оружием.
Точно! Оружие.
Как назло, в тот момент, когда я, погасив меч и вернув его на пояс, рванулся вперёд, меня заметили. Сразу два гвардейца, видимо, не заметивших, что случилось с их предшественниками, бросились вперёд, явно рассчитывая перехватить меня. Один из них вскинул было винтовку, но второй успел ударить его снизу по стволу, и очередь ушла в потолок. Кажется, приказ «брать живым» всё ещё действует. Что ж. Тем хуже для них.
Практически рухнув на пол рядом с телом одного из убитых мной гвардейцев, я рванул на себя его оружие.
Ремень зацепился за наполовину отрубленную руку трупа, и мне пришлось дёрнуть еще раз, чтобы освободить его. Заметив, что я задумал недоброе, гвардейцы, ускорились. Я же перехватил испачканную кровью винтовку, и вжал приклад в плечо, изо всех сил надеясь, что в оружие не встроена какая-нибудь хитрая генетическая блокировка.
Не встроена.
