В главе один пролога, парнишка Костейка с его грубоватым лицом и нечеловеческим телосложением вновь ругается мастеру за что-то. Его характер же способен заглушить даже самые дерзкие замечания. Главное — это атмосфера мастерской: нервозность, постоянная бурлящая энергия и ужасающая изнанка работы в условиях промышленного производства....
— Я-то чо? Другие вон чо и ничо, а я чуть чо и сразу вона чо…
— Павел Анатольевич, — потребовала быть серьезнее девушка.
— Вероника Львовна, — в тон ей откликнулся клановец. — К сломанной руке вашего брата я лично имею разве что косвенное отношение. Да и то лишь в части приглашения его на данное мероприятие. Даю слово.
На том конце провода глухо вздохнули сообразив, что и здесь ей толком никто на вопросы отвечать не будет
— То есть, ты не знаешь… — вздохнула девушка.
— Как это не знаю? — даже чуть расстроился от подозрений в такой неосведомленности Волконский.
Еще бы нет! Травма на его мероприятии такого рода — повод для множества вопросов. Так что Павел, естественно, был в курсе… И только рукой махнул, представив на миг, что если бы Игнат решил разыграть эту карту, то КАКИЕ ему обвинения пришлось бы предъявить и КОМУ."
"Если честно, то клановец и сам бы с удовольствием доплатил, чтобы посмотреть на этот цирк. Увы, билеты не продавались, а все «клоуны» упорно молчали.
Однако ничего не мешало вспомнить клановцу те чудные мгновения. Он прикрыл глаза, с удовольствием восстановив в памяти ту ночную полянку. Тренированная память тут же легко «нарисовала» чуть уставшее и растерянное лицо Игната, гордо восседающего на бревне с бумажным стаканчиком горячительного в руке.
— Кто эта девушка?
«Ну, выбор неплох!» — оценил тогда Волконский.
— «Местная», — коротко хмыкнул он и, даже не дожидаясь вопроса, продолжил. — Можешь попробовать!
Игнат попытку предпринял.
— Ты хоть понимаешь, что могло бы случиться, если бы Демид Николаевич решил, что ты не выполнил обязательств по защите жизни и здоровья наследника⁈
— Ага, — согласился Павел, утыкаясь в кнопу чуть растрепанных светлых волос.
— Тебе вообще все равно⁈ — раздраженно бросила Вика.
Волконский пожал плечами. Вообще, да. В той ситуации обвинениями бросаться — очень интересный способ нажить кучу неприятностей… себе на голову.
— Ну… — неопределенно протянул парень.
Подключать мозг и придумывать связный ответ не хотелось совершенно.
— Ты можешь серьезно отнестись к моим словам? — «капризные» нотки вновь пропали из голоса «уралочки».
Их место заняла практически арктическая стужа.
