В главе один пролога, парнишка Костейка с его грубоватым лицом и нечеловеческим телосложением вновь ругается мастеру за что-то. Его характер же способен заглушить даже самые дерзкие замечания. Главное — это атмосфера мастерской: нервозность, постоянная бурлящая энергия и ужасающая изнанка работы в условиях промышленного производства....
«Уральцы», как оно водится, попытались. Однако быстро отказались от идеи качать права, ведь Волконские и Воронцов ничего зазорного в этом не видели. Аргумент «невместно» тут же потерял свою актуальность.
— Вечером займемся, — согласился парень.
Подсказали им вчера приятели Ирины, где именно можно купить «нужного» дурмана. Лицо девушки на этих улицах давно уже примелькалось. Так что «контрольную закупку» придется исполнить клановцу.
Девушка только кивнула. Вечером так вечером. Да и правильно оно… Днем мало кто работал на улицах.
* * *— Какие девочки, а, — коротко хмыкнул Павел, наблюдая парочку нимфеток старшего голоса.
Ну да, он был озабочен. Разницу со словом «озабоченный» понимать надо. Да и возрастом обе-две, скорее всего, были вполне уже совершеннолетние. Во всяком случае, фигурки девочки свои демонстрировали вполне себе с пониманием что они делают и для чего.
— Тебе мало? — поинтересовалась Ирина, в отличие от Вики отсутствием наблюдательности не страдавшая от слова совсем.
Впрочем, взгляд у нее был тоже нифига невеселый. Две подобные нимфеточки на ЭТОЙ улице могли означать оно из двух:
— рядом есть кто-то, готовый порвать любого ради их благополучия;
— они сами готовы порвать кого угодно ради того самого благополучия.
Та же Романова не без оснований относила себя ко второй категории. А вот эти — вопрос.
— Веди, — вздохнул Павел, увидевший чуть больше своей напарницы.
Однако сейчас все его наблюдения особого значения не имели. Они пришли.
— Нам сюда! — подтвердила Ирина, чуть поглубже натягивая капюшон поверх надвинутой на глаза бейсболки.
Таким нарядом тут особо никого не удивишь. Каждый второй не слишком желает огласки.
Парень негромко хмыкнул.
— Тебе сюда, — тут же легко согласилась Бешенная, ничуть не сожалевшая о том, что дальнейший путь клановцу придется проделать одному.
Тянуть кота за хвост смысла не имело. Парень пожал плечами и выдвинулся вперед, накинув на лицо легкую «иллюзию». Он не стал полностью менять личину. Тем более, «неестественная мимика» могла серьезно насторожить местных барыг. Клановец работал тоньше: тут штришок, там акцент, и вот уже в получившемся наркомане из «золотой молодежи» никак нельзя опознать Павла Волконского.
С каждым следующим шагом походка клановца становилась все более расхлябанной.
