В главе один пролога, парнишка Костейка с его грубоватым лицом и нечеловеческим телосложением вновь ругается мастеру за что-то. Его характер же способен заглушить даже самые дерзкие замечания. Главное — это атмосфера мастерской: нервозность, постоянная бурлящая энергия и ужасающая изнанка работы в условиях промышленного производства....
Как раз хватило, чтобы зажевать пару конфет, не слишком чувствуя вкус. Собеседница подняла взгляд на брата примерно секунд через тридцать. Она не совсем поняла, чем именно вызвала явное недовольство парня.
А мысли в голове молодого человека были не слишком веселыми. Жизнь аналитика — это баланс между человеческими чувствами и… арифмометром. И сейчас он качнулся явно в сторону второго. Клановцу очень не понравилось, как легко сестра приговорила человека, которого даже в глаза не видела. Плохо это. Очень.
«Что ж, диагноз понятен.
— Что-то не так, Паша? — негромко спросила девушка.
Брат в ответ встал и прошел к своему вечно пустующему столу. Там за креслом, естественно, оказался сейф."
"Сестренка внимательно следила за каждым его движением. Из давно забытого любопытства. Аналитик класса «Сигма» способен просчитать практически каждую реакцию человека на определенный раздражитель. Брат же… отказывался «просчитываться» напрочь. Вот и сейчас девушка явно заметила недовольства Павла, но не могла понять, чем именно его заслужила.
Выпрямился клановец с пистолетом в руке. Ему по должности положен был как директору по безопасности. Вот и хранился в сейфе стандартный армейский «ГШ-181М».
Светлана внимательно следила за каждым движением молодого человека. Тот же, внимательно осмотрел разряженное оружие и магазин к нему, задумчиво покачал головой.
— Ирина Викторовна Кратова, тридцать восемь лет…
С сочным щелчком магазин занял свое штатное место.
— … Карина Фоминишна Кратова, шесть лет…
Рама проскользила по полозьям, загоняя на обратном движении патрон в ствол.
— … Илья Фомич Кратов, два года… — закончил Павел, с негромким стуком выложив пистолет перед сестрой.
Светлана аж подалась назад, заметив пустоту в глазах брата. Таким она его еще не видела.
— Ч-что это? — чуть запнулась она, но тут же взяла себя в руки.
— Пистолет, — коротко и явно сообщил очевидное Волконский.
Волконская вздохнула и… даже не шевельнулась.
— Кто… все эти люди? — негромко уточнила она.
— Жена и дети нашего фигуранта, — равнодушно пожал Павел. — Но тебе об этом думать не надо.
От нехороших предчувствий клановка натурально поежилась. Хотя и постаралась сделать это как можно незаметнее.
