Посадка вышла не слишком гладкой. Несостоявшийся беглец жестко плюхнулся на место. На лице его проступила нешуточная обида на столь несправедливый мир. Мол, он же клановец. А с «небожителями» так не поступают.
Его собеседник печально вздохнул. Ну откуда «золотому мальчику», считающему себя недооцененным гением, знать как именно поступают с им подобными в иных непростых ситуациях.
— Ну, пара минут у нас есть, — спокойно отметил Павел, будто и не попытался перед ним сейчас никто скакать. — Побеседуем.
Воспитывать недалекого родича клановец не собирался.
А вот кое-что выяснить до начала «плясок» хотелось бы.
— Я… — попробовал было юлить дядька. — Отпусти меня немедленно!
Племянник тут же кивнул кому-то за спиной «революционера». Тут же на плечи мужчины легли изящные девичьи пальчики."
"— Так кому, с***, ты нас сдал? — спокойно поинтересовался молодой человек.
— Ты под наркотой, Па…? АААААА!!!
Последнее, что успел заметить Игорь Даниилович, равнодушное пожатие плечами. А потому пришла она. Боль. Нет, не так.
БОЛЬ!
В детстве он не подавал никаких надежд, а потому клан специально ничему не обучал сына главного юриста. Нет, если бы тот, как, например, Павел, изъявил желание, то… Однако молодому мажору и так неплохо жилось. На высоких этажах он старался не отсвечивать, а вот все что ниже сто десятого… Там всесильный папочка мог порешать любой «вопросик».
А вот к простой боли Игорь Даниилович отказался не готов. Совсем.
Полный отчаяния крик резко прервался, сменившись невнятным бульканьем.
Конечно, шумоизоляция в королевском номере «Империи» была великолепная. Однако за таким визгом можно просто не услышать, как будут дверь взрывать! Или, еще хуже, вполне может разболеться голова.
Неожиданно все кончилось. Выгнувшееся дугой тело заговорщика рухнула на кресло. Боль ушла. Вернее, отступила. Ровно до того момента, пока кое-кто вновь не пожмет плечами.
— Поговорим? — спокойно спросил Павел, выбрав из уцелевшей вазы яблоко и задумчиво его рассматривая.
Во второй руке его «летал» небольшой ножик.
Юноша явно решал, как половчее нарезать свою «добычу»… Или лучше, например, вырезать пленнику глаз?
К превеликому облегчению следившего за «перышком» собеседника, племянник все-таки отрезал себе кусочек яблока и задумчиво прожевал.
— Ты пойми, Игорь Даниилович, — негромко начал он. — Сейчас тебе будет больно. Очень.
Дядька дернулся как от удара и негромко заскулил.
«Хоть бы нахрен послал, что ли!» — с каким-то разочарованием оценил клановец.
