В глухой тишине отеля Максим не заметил ни единого звука до тех пор, пока посетители его жалуются на неприятный гул в номере. Швейцар решил проверить подозрения и понял: шум как бы исходит именно из комнаты с номером 6. Начало новой истории шута, где обыденность превращается в загадку....
Он тяжело вздохнул и… совершил практически при его должности и статусе невозможное. Чуть неуверенно развел руками:
— Не знаю я, дядька, что с этим твоим Шутом гороховым делать.
Это было удивительное заявление. Во всяком случае, ничего подобного за последние лет двадцать старик припомнить не мог. С другой стороны, он и сам не очень представлял, какого именно решение ждет от цесаревича.
— С одной стороны, десять лет непрерывного расстрела — мало, — коротко объяснил свое поведение наследник. — Но вот ведь какое дело…
Мужчина развернул рабочий комм к собеседнику.
— Я услышал, — негромко перевел полковник.
— С этим на нашего человека в Бухаресте вышел представитель «свободовцев», — прокомментировал изображение Константин Дмитриевич. — «Контакт» не сомневается в достоверности полученной информации, хотя и ознакомиться с его доводами я пока не успел.
Некоторое время полковник всматривался в художества своего протеже, снятые явно со спутника.
— Добавлю, — продолжил мужчина. — Что массовая зачистка началась через полчаса после контакта.
Кабинет погрузился в тишину. Надолго. И это при том, что для обоих время было сверхценным ресурсом в принципе.
— Что думаешь, Костя?
Глава Канцелярии поднял усталый взгляд на бывшего учителя. Тот очень редко использовал эту форму имени лет этак с двенадцати будущего самодержца.
— Мои аналитики пришли к выводу, что подобное поведение не свойственно Павлу Анатольевичу. При этом объяснить эту ситуацию они тоже не могут. Однако до сих пор считают его благонадежным. Его действия хорошо послужили Трону. Но сам контекст… Да, оставлять это так нельзя.
Филин согласно кивнул. Его люди пришли к тем же парадоксальным выводам. И противоречивым, стоит заметить.
