В холодной студии кинематографиста, где свет от мерцающих экранов создает необычную атмосферу, Павел и Катя обсуждают очередное задание. Неожиданная перемена темы приводит к шуткам и легкому румянцу на лицах участников разговора. Юсупова выглядит непривычно серьезной, будто готовясь к какому-то важному откровению....
Вчера же ночью все началось с фразы «Со мной!». Вот только произнесли ее красавицы на два голоса. Хором. И тут же уставились друг на друга.
Еще до того, как Павел успел разуться.
Игру в гляделки проиграла Катерина.
Удача в «цу-е-фа» улыбнулась Леночке.
В целом: не поделили!
И как замечательно этот факт «лег» на какое-то старое недопонимание…
— Катерина, — негромко протянула Кошкина, лукаво блеснув линзами очков. — А как же профессиональная этика… Отношения между сюзереном и секретарем…
— Самый частый сюжет в порно, — явила неожиданные знания жанра блондиночка, и тут же улыбнулась Павлу так, что тому стало очень даже жарко.
Тот хотел было уже что-то сказать, но не успел.
Леночка подалась вперед, буквально прижавшись к телу Волконского, и принялась нашептывать такие варианты использования целительского дара, что парня, казалось бы, к иным вещам привыкшего, натурально бросило в краску.
Катерину тоже. Шептала-то Елена так, чтобы красавица-секретарь ОБЯЗАТЕЛЬНО услышала.
— Дайте мне… — негромко попробовал «вклиниться» Павел.
Не дали. Забегая вперед, в эту ночь — ни одна. Но к той секунде Волконский об этом еще не знал. А «дележка» лишь набирала обороты.
— Как же корпоративная этика, Катя⁈ — тянула Кошкина.
— Да ты вообще государственная преступница! — не отставала блондиночка.
Павел офигевал. Недолго. Минуты три. После чего пожал плечами и вышел из комнаты. А подумать над превратностями судьбы можно и в другом месте.
Легкой перчинки добавила заглянувшая в комнату к Волконскому Юсупова.
— И это при живой-то «жене»! — только и покачала головой она.
Обратно в коридор ее буквально вынесло. «Дуплетом». Сразу две подушки нашли свою цель.
Точку поставила захлопнувшаяся перед носом «уралочки» дверь.
— Нет, ну в самом деле, — погрозила кулаком она и… улыбнулась.
Обид не было. И негатива тоже. Более того, какое-то странное чувство заставляло уголки губ все дальше отдаляться друг от друга.
Что-то гулко ударило в дверь. С той стороны. Виктория встрепенулась, вспомнив, что, вообще-то, она собиралась в душ и спать. Завтра всем им предстоял важный день. Его она предпочла бы встретить полной сил.
Павел же… Тоже расслабился.
