В холодной студии кинематографиста, где свет от мерцающих экранов создает необычную атмосферу, Павел и Катя обсуждают очередное задание. Неожиданная перемена темы приводит к шуткам и легкому румянцу на лицах участников разговора. Юсупова выглядит непривычно серьезной, будто готовясь к какому-то важному откровению....
Допустим, чисто теоретически, на свете может существовать ОДИН безумец-клановец, способный явиться в дом недавнего врага в одиночку. Но двое из Великого клана, да еще и члены правящей Семьи… это перебор.
Девушка вежливо и молча поклонилась, демонстрируя кротость и смирение.
Глава растерялся.
— Господин Волконский, — негромко произнес он. — Ваш… переговорщик прибудет позже?
Еще во время первого чаепития молодой человек пообещал, что выходка Григория Романовича обойдется клану дорого. Но не фатально.
— Чего именно вы хотите? — застыл тогда Тимофей Андреевич, так и не донеся до рта чашку с ароматным чаем.
Волконский же в ответ лишь обезоруживающе улыбнулся, да и пожал плечами:
— А я и не знаю! — хмыкнул он, окидывая холл взглядом «Чего-бы-тут-урвать⁈». — Завтра ждите с переговорщиком.
Оба Алексеева тогда знатно пропотели. О спецах Волконских ходили легенды. Они и душу способны были выторговать, если это понадобится их сюзеренам.
В общем, Алексеевы готовились. К жаркой сече. И тут вместо серьезных мужчин в аккуратных пиджаках с равнодушными взглядами и калькуляторами там, где у обычного человека находится сердце, из машины выпрыгивает она: милая девушка, с интересом осматривающая дом и сад перед ним.
— Я… — хотел было продолжить Тимофей Андреевич
Но споткнулся. Случилось немыслимое! Волконский лично шагнул вперед и похлопал его по плечу! Сочувственно!
Глава 10
Глава 10
Шок!
Горячий пар обжег кожу.
Павел качнул головой, отгоняя воспоминание о первом походе в баню с казначеем.
Однако уж больно напоминали тот день двое раскрасневшихся и обливающихся потом ничуть не хуже, чем на пологах парилки мужчин.
— Хочу увидеть бухгалтерские книги за январь сего года, — хлестнул веником спокойный голос Светланы, «поддавая жару».
Раскрасневшиеся Алексеевы как-то нервно переглянулись.
— Александр Гаврилович! — негромко позвал старший из них.
По положению. Не по возрасту.
Потогонка продолжалась уже полтора часа.
А как мило все начиналось…
Волконский позволил улыбнуться себе при воспоминании о том, как обрадовался Глава, едва понял, КТО именно будет выступать за переговорщика со стороны Волконского. Милая девочка, чуть смущенно демонстрирующая ямочки на щеках, казалась легкой добычей.
