Автор
В лесах Гиперборейских горы таинственный всадник на барсовой шкуре преследует украденную стражу оленя, создавая из руин страшную атмосферу мистики и опасности. Жестокий кочевник под громовой призыв сенокосников врывается в мир безумия и кровопролития.
Он встал перед монолитной стеной, уперся обеими ладонями. Раздался грохот, стена разломилась, как спелый арбуз, — перед ними зияла широкая трещина в кроваво-красном граните. Сверху сыпалась крошка, камешки. Олег шагнул в разлом, Рудый предусмотрительно захватил факел, но вскоре разочарованно швырнул под ноги. В расщелине, что вела круто вверх, сверкал тот же неземной свет — яркий и непривычно чистый.
Когда впереди блеснул настоящий дневной свет, они невольно ускорили шаг. Олег первым выбрался наружу, встревоженно посмотрел на небо.
Уже ни на что не надеясь, он сбежал на дорогу, велел зло:
— Бегом! К городу!
Едва из трещины показался замыкающий шествие Асмунд, края разлома с треском сомкнулись. Асмунд услышал позади хруст костей и сдавленный крик: кто-то из жрецов или воинов пытался выбраться за ним следом, но смолчал, даже не обрадовался — на сегодня крови довольно, княгине дурно.
Едва отбежали от Черной горы с полверсты, Олег обернулся, властно опустил ладонь. Огромная масса камня дрогнула, вершина качнулась, начала проседать, как куча грязного снега под жаркими лучами весеннего солнца. Донесся грохот, треск раздираемых скал, к небу взметнулись тучи мелкого щебня и песка.
Черная гора обрушилась с тяжелым шумом. Земля под ногами дрожала, словно несся несчетный табун диких коней. Пара тяжелых валунов почти догнала Асмунда, тот бежал последним.
Теперь, после исчезновения Черной Горы, Новгород открылся во всем блеске: огромный, златоглавый, с высокими башнями, теремами. Олег ударил себя кулаком в бок: солнце погрузилось за край неба уже до половины!
Измученный Рюрик вдруг насторожился, медленно потянул из ножен меч. Далеко впереди на дороге от городских ворот двигалась плотная толпа.
— Не срамись... Несут ключи от города! Нас всех прямо на выях вопрут в городские ворота. Шутка ли — Черную гору срыли! Это ли не знамение!
Олег повернулся к Гульче. Ее темные глаза избегали его пристального взгляда, на бледных щеках блестели две грязные дорожки.
