Внутренние сети книги Гладкое личико словно застывшие капли, отражающие жизнь маленького персонажа — девочки-интуитивистки. Ее острый взгляд на мир создает тонкий дымок атмосферы, в котором кажущаяся простота скрывает глубины человеческой природы.
Вечером Анна подстерегла момент и тихо спросила:
– А Ирочка, что, не собирается в общежитие?
– Видишь ли… – Олег замялся. Потом вскинул голову, как партизан перед расстрелом. – Мы поженились, мама.
– В каком смысле? – не поверила Анна.
– Ну в каком смысле женятся?
– И расписались?
– Естественно.
– И свадьба была?
– Была.
– В общежитии?
– Нет. В ресторане.
– На какие деньги?
Анна задавала побочные, несущественные вопросы. Ей было страшно добраться до существенного.
– На мои. Откуда у нее деньги? Она сирота.
– У нее есть родители.
– Это не считается.
– А где ты взял деньги?
– Одолжил. У Вальки Щетинина.
Валька – друг детства, юности и молодости. Вместе учились. Вместе работают.
– А почему ты не взял у меня? – спросила Анна.
– Ты бы все узнала.
– А я не должна знать? – Это был главный, генеральный вопрос. – Почему ты мне не сказал?
– Ты бы все испортила.
Наступила пауза.
– Ты бы не пустила, – добавил Олег. – Я этого боялся.
Анна молчала. Было больно. Как дверью по лицу.
– Прости, – попросил Олег.
– Не могу, – ответила Анна. – И еще знаешь что?
– Что?
– Ты мерзавец.
– Я так не считаю.
– А как ты считаешь?
– Я боролся за свою любовь.
Олег счел разговор оконченным. Бывают моменты в жизни мужчины, когда он должен бороться за свою любовь. Это его правда. Но есть правда Анны: вырастила сына, пустила в жизнь, и теперь ее можно задвинуть под диван, как пыльный тапок.
Да. Стареть надо на Востоке. Там уважают старость. Там такого не бывает.
Дима… Вот когда нужен близкий человек.
Анна снова не спала ночь. Мучил вопрос «ЗА ЧТО?».
Может быть, за то, что их поколение – шестидесятники – проморгало хрущевскую перестройку и двадцать лет просидело по уши в дерьме. А может быть, все началось раньше и сейчас завершилось. Выросли внуки Павлика Морозова. Их научили отрекаться от родителей, затаптывать корни, нарушать заповедь: «Почитай отца и мать своих».
Ночь сгустила все зло в плотный мрак и накрыла с головой.
– Да просто ты ревнуешь, – растолковала Беладонна.
– Классическая свекровь, и все дела, – дополнила Лида Грановская. – Не ты первая, не ты последняя.
У Анны – две подруги со студенческих лет. Лида Грановская и Беладонна."
"Лида – жена Грановского и сама по себе Лида. Грановский в последнее время в связи с перестройкой выбился в недосягаемые верха, а Анна осталась на прежнем месте. Это не помешало дружбе. Дружили все равно по душевной привычке.
