В глубокой тишине души, голос становится все слабее. Разноцветное сияние гирлянд растворяется в бесформенную пелену. Жизнь завершается, но опыт и мудрость остаются лишь воспоминаниями. Каждое детское сердце — свеча в темноте, а каждый член команды — тень, мерцание которой светит на дальню сторону. Такой он был когда-то: верен слову и всегда готов учиться новому. Теперь же, сын будет совершать те ошибки, что и он сам сделал....
Кто еще из молодых девушек в сотый раз плачет над старомодным «Профессионалом»? Но «Секс в большом городе», что он однажды принес, Арине решительно не понравился. И «Амели» не пришлась по душе. И «Голодные игры».
Федор Константинович с огорчением забрал диски. Подруга довольным тоном прокомментировала: «Зато с моей Ариной есть о чем поговорить».
Ну да. Поддержать беседу про «Осенний марафон», «Берегись автомобиля» и прочие старые фильмы девушка могла свободно. Только как ей это поможет выйти замуж?
О трагедии в семье Горошевых Федор узнал только на Крещенье.
До того просто не до Арины с ее мамой было. Англия затянула. Внук, дочкин сын, очаровательный Тоби не давал скучать. И сад — Федор любил в нем возиться. А еще в Ковент-Гарден на гастроли — очень удачно! — приехала российская балетная труппа. Федор пересмотрел множество постановок — за смешные деньги, в сравнении с ценами родимого Большого театра.
А когда позвонил одиннадцатого — телефон в квартире Горошевых не ответил. «Аринка на работе, мама в магазин, наверно, пошла», — решил он.
От каникул прихватил еще неделю, вернулся в Москву и лишь девятнадцатого наконец застал Арину и узнал, что случилось.
Рассердился:
— Почему ты мне сразу не позвонила?
— А где мне ваш лондонский телефон было брать? — буркнула девушка.
Это верно. Его подруга не держала записных книжек. Дочь могла банально взять материн аппарат и всех абонентов обзвонить, но от Арины активности (какой бы то ни было) ждать не приходилось.
— И что ты сейчас? Как?.. — осторожно произнес он.
— Нормально, — спокойно ответила девушка. — Я ушла из оркестра, теперь на новой работе.
— На какой?
— В антикризисном центре.
— Чем занимаешься?
— Клиентов привлекаю.
— Ты?! Привлекаешь клиентов?! — Федор опешил.
Арина дорогу спросить стеснялась, на рынке сроду не спорила — даже если ее нагло обсчитывали. Как она может кого-то там привлекать?
— Что еще за центр?
— Антикризисный центр духовного развития.
— Арина, ты сегодня вечером будешь дома?
— Э-э… я точно не знаю.
— Совсем вечером. В девять, в десять.
— Я не всегда прихожу домой, — промямлила она. — Иногда остаюсь ночевать. В центре.
Час от часу не легче.
Но давить на девушку он не стал. Спокойно спросил:
— Хорошо. В какой день ты точно сможешь меня принять?
— Ну, не знаю, — в ее голосе засквозило раздражение. — Давайте в выходные. Только в квартире у меня не убрано. И никаких разносолов не будет.
— Я переживу.
