В главе "Главная роль 8", автор Павел Смолин исследует политические турбулентности начала XX века, описывая стремительные изменения на востоке. Здесь читатель погружается в сеть договоренностей между императорскими державами и местными лидерами, чувствуя напряженную атмосферу будущего конфликта....
Некоторые деятели, разумеется, на это забьют и продолжат придаваться гедонизму, но я этот запрет соблюдать собирался в полную силу: оно и правильно, когда царь сам правилам следует, и лично мне от этого лучше — достали за прошедшие годы пышные празднества. Ну и шумные гулянки во время войны народу не больно-то нравятся.
Поэтому сегодня мы собрались в узком семейном кругу в Кремле. Присутствуем я с моей драгоценной Марго, Дагмара, беременная Ксюша — ее за пару дней до начала войны отправил к нам Кристиан, которого я предупредил, но сына и наследника Датского престола он решил оставить в Дании — и беременная Оля со своим супругом, Николаем Феликсовичем Юсуповым, графом Сумароковым-Эльстоном.
Свадьба у Оли и Юсупова была роскошной, но, в отличие от тех гуляний, которые я пережил на свадьбе болгарского короля, «роскошной» по правильному, без избыточного китча, но с повышенным содержанием благородства, стиля и изящества."
"Ныне Николай Феликсович зовется иначе — и без того длинный титул был мною усилен свадебным подарком.
Не особо стремясь выходить за пределы привычного, сельскохозяйственного бизнеса, старший Юсупов на базе уже имевшегося общества крупных латифундистов создал «Кружок любителей прогрессивных аграрных методик» и на личные и дружеские средства придал отечественному сельскому хозяйству мощный пинок, выстроив аграрный университет, несколько аграрных ПТУ и полноценный НИИ, для которого выписал много крупных специалистов со всего мира.
Ныне в ряде ключевых узлов Империи вовсю работают заводы по производству удобрений, которые прямо способствуют резкому росту урожая. Каждый день проводятся исследования, кропотливо наблюдаются опытные поля, выводятся новые сорта, и я на собственноручно зарожденную науку генетику смотрю с умилением и немалой надеждой.
