Автор
В темной и заснеженной январской погоде, где даже солнце прячется за тонким слоем моросящего дождя, главные роли исполняются в унынии и одиночестве. Ночью мерцает фонарь на углу, но он не согревает сердце — лишь добавляет гнета в этом холодном мироздании.
– Послезавтра, дай Бог, выпишут. Ты нас заберешь? – спросила она.
– Это не обсуждается, – ответил он.
Накануне выписки она долго и тщательно прибирала квартиру, сварила курицу и клюквенный кисель для мальчика. Утром она надела свой лучший выходной свитер и легкие, не по погоде, сапоги на высоком каблуке.
Он ждал ее внизу в машине. Она села и увидела букет ее любимых тюльпанов – желтых и фиолетовых.
– Это мне? – удивилась она.
Он кивнул:
– У нас же сегодня праздник.
Она промолчала. Мальчик вышел бледный и похудевший.
– Пап, ты зайдешь?
– А куда я денусь, – смущенно сказал отец.
– Я покажу тебе новые рисунки, – обрадовался мальчик.
Дома они съели курицу, выпили чаю, и он ушел с сыном в его комнату. Она осталась на кухне. Когда он стал надевать в коридоре пальто, сын еще что-то возбужденно щебетал, крутясь возле него. Она вышла в коридор и попросила сына оставить их наедине. Мальчик ушел к себе, плотно закрыв в комнате дверь.
– Тебе некуда идти? – тихо спросила она.
Он молчал.
– Хочешь, оставайся, я лягу у мальчика.
Он отрицательно покачал головой и вышел из квартиры.
Она ушла к себе в комнату и, не раздеваясь, легла на кровать. От усталости за все эти дни она быстро уснула, и разбудил ее звонок в дверь. Она посмотрела на часы – было около часа ночи. Она быстро вскочила и испуганно бросилась к двери.
– Приглашение еще в силе? В смысле предоставления спального места, – добавил он.
– Рассматривается только долгосрочная аренда, – отозвалась она и пропустила его в коридор.
Ивочка
Милая моя Ивочка! Такая прекрасная и такая душистая.
