В помещении, где постамент выходит на центральный уровень, тонкий свет ласково проецируется на молодого человека с ослепительной улыбкой и золотым лавровым венком на темных волосах. Его обнажённый силуэт вызывает восхищение вокруг него — от красивых слов приятеля до атмосферы римской славы, что кажется таким чистым и светлым в контрасте с окружающим мраком....
Мужчины отвлекаются на девушек, Алекс видит, как Аллу уже потряхивает от приближения оргазма. Она часто дышит, чуть оседает на рот Кристины, жадно смотрит на его член, сглатывает.
— Опустись на колени.
Алекс говорит чуть слышно, снимая пиджак и расстегивая рубашку. Алла слышит каждое слово, следит за его движениями, глаза бегают по открывающимся участкам тела. Четкие кубики пресса на загорелом животе, следит за тем, как играют его мышцы, он приспускает брюки.
Алла останавливает Кристину, опускается на колени, медленно, на четвереньках, ползет к Алексу.
Они одновременно подползают к ним, устраиваются между ног, так же одновременно ласкают руками их члены. Девушки иногда смотрят друг на друга, Алла, вбирает в рот пульсирующую плоть, нежно обводя бордовую головку языком.
— Опусти руку, поласкай себя, девочка, — голос вкрадчивый, хриплый, возбуждающий.
Алла выполняет, пальцы кружат по клитору, она стонет, засовывает во влагалище два, трахает себя ими, но ей так хочется большего. Тело колотит, она, словно сучка при течке, закатывает глаза, стонет.
— Ух…девочка…умница какая, да…как же глубоко…даааа. Какой шикарный ротик.
Алекс смотрит на то, как член Давида пропадает в рабочем, сладком ротике Кристины, как она дрочит его ствол, сжимая яйца. Давид смотрит глазами, полными удовольствия, в глаза Алекса.
— Не протяну долго…Алекс…ты знаешь…аааа. Совсем скоро…спущу…ааа.
Мужчины находят губы друг друга, жаркий поцелуй, Алекс насилует его рот, сжимает сосок, Кристина делает заглот, Давид вздрагивает, дергается телом, набухшая, очень чувствительная головка сжимается горлом девушки.
Алла стонет, близкая к своему оргазму, но Алекс резко вынимает свой член из ее рта, девушка ничего не успевает сообразить, как оказывается на коленях. Ее пышный зад отклянчен, она выгибает спину, почти ложится грудью на мягкий ворс ковра. Подставляя себя, открывая свое лоно, показывая, насколько она готова принять мужчину.
