Зря ты брал меня, Свирид Захарович. Видно, пора мне в обоз.
— Не горюй. В таком деле всяко бывает… Особенно в первый раз.
На насыпь выскочили люди. Послышалась сочная русская ругань, знакомая команда. Карп узнал голос сына.
Они окликнули Николая, вылезли из канавы. Но в этот момент около казармы застрочили немецкие автоматы, над головой запели пули.
Кто-то вскрикнул, застонал.
— Махотка! Казарму прочесать и сжечь! — голос Николая был ровный, казалось, даже немножко равнодушный.
— Что это вы шуму столько наделали? Не могли без шуму?
Слова сына укололи Карпа в самое сердце.
«Вот из-за меня люди гибнут…»
Они переползли через линию железной дороги и увидели Николая на другой стороне насыпи.
— Гнедков! Собирай своих подрывников. Взорви сперва мосты, потом — водокачку и стрелки. Только быстрей!
На станции гремели взрывы гранат, трещали автоматы. Партизаны отряда Павленко добивали остатки гарнизона. Организованное сопротивление гитлеровцы оказали только за деревней, с другой стороны станции, где действовал отряд Кандыбы. Но это сопротивление далеко за пределами станции только облегчало действия тех партизан, которые были уже у цели. Загорелся бензосклад — главный объект нападения. Пробитые пулями цистерны разбрызгивали бензин, и он горел громадным огненным фонтаном, освещая все окружающее. Через минуту бензосклад взорвался со страшной силой, разбрасывая пламя по всей территории станции — на постройки, вагоны, склады.
Подрывники разрушали то, что не мог уничтожить огонь. Взлетел на воздух мост, покачнулась и осела водокачка. Лесницкий, неожиданно появившийся у подрывников, приказал положить под нее еще один заряд.
— Свалить, чего бы это ни стоило! От станции должно остаться голое место!
«Для политико-морального значения», — подумал Карп. Он действовал спокойно, аккуратно и старательно — делал все по-хозяйски, внимательно наблюдая за молодыми подрывниками. Но мысль о том, что операция началась не так, как была задумана, и поэтому потребовала, очевидно, лишних жертв, не давала ему покоя. Ни одну неудачу он еще не переживал так мучительно, как эту.
От второго взрыва водокачка повалилась. Вся станция горела, и дождь был бессилен залить это море огня.
В воздух взлетели три ракеты — белая, красная, зеленая — сигнал отхода.
Через то же сухое болото отряд Павленко отошел на лесную опушку. В отряде было только четверо раненых. Операция удалась.
