Автор
В Гнезде Седого Ворона мирные шершнила делятся сюжетом о человеке, чей возраст затрудняет его оценку — от двадцати до пятидесяти. Этот необычный пришелец уверенно распоряжается норой, заставляющей других змей чувствовать себя чужаками, пока он сам остаётся в тени своей незаурядной энергии и хладнокровия....
Наступило страшное прозрение: подмога больше не подойдет, запас драгоценных патронов изрядно поистрачен, и все это впустую. Враг обманул их, стравив между собой, и теперь без особого труда захватит селение. От предчувствия неотвратимой всеобщей гибели ноги стали ватными, дрожь в руках не удавалось унять.
— Что теперь будем делать? — запинаясь, спросил односельчанин.
Тишина была ему ответом. Староста молчал, всеми силами души желая найти ответ у Глядящего Вдаль, однако на это уже не оставалось времени. Решение должен был принять он сам.
Особого выбора не было: попытаться отсидеться за стеной или отбить врага от скал. Разум истерически настаивал на первой возможности, твердил, что враг может и уйти, довольствуясь малым, однако сердце понимало — надежды тщетны, и лучше принять смерть достойно.
— Приготовиться к атаке! — срывая голос, надсадно крикнул он, обводя взглядом селение, точно прощаясь. В этот миг за воротами послышался собачий визг. Староста глянул за стену. Пес на секунду застыл на подламывающихся лапах, а в следующую секунду рухнул с простреленной головой.
— Открыть ворота! — закричал глава селения. — Вперед!
* * *Черный замер, почувствовал гибель собрата и поднял голову, оглашая лес рвущим душу воем. Горестную песнь незамедлительно подхватила вся Стая.
— Что стряслось? — глядя на псов, в недоумении спросила Лил.
Ее мужчина стоял, закрыв глаза, бледный, точно оживший мертвец. Он увидел селение на скале, мертвого пса, врага, ожесточенно поливающего огнем жалкие остатки его отряда.
— Наши попали в засаду, — с болью в голосе вымолвил он. — Убито много людей и один пес. Они Стая, они чувствуют.
В этот миг ворота палисада распахнулись, и на тропу, ведущую к источнику, вывалила толпа селян. Они бежали вниз по склону, яростно крича и потрясая оружием.
— Рассыпаться надо, укрываться за деревьями, — в бессилии шептал Леха. — Их же положат сейчас, всех до одного.
Но в этот миг осаждавшие внезапно отхлынули, как морская волна в час отлива. Лешага видел, как враги отступают: спокойно, деловито, без всякой паники, изредка отстреливаясь, чтобы отбить у преследователей охоту подбираться чересчур близко.
— Что-то тут не так, — пробормотал ученик Старого Бирюка.
— Что, что не так?
— Не знаю, погоди, — отмахнулся воин, вглядываясь верхним зрением в лес вокруг далекого селения. — Здесь какой-то подвох.
Лилия глядела на него в полной растерянности. Бой шел у стен ее родного дома и, судя по реакции ее мужчины, не шуточный.
