– Вы и сами прекрасно понимаете, что это всего лишь наши мечты. Мы можем на время сдержать их наступление, но не более. Лидинг нам не вернуть, как и все остальные потерянные земли. До тех пор, пока король и Совет не примут радикальных мер. А до тех пор нам лишь остается обороняться и терять кусочек за кусочком наших земель. Признавать это столь же больно, сколь и обидно.
Барон в этот раз ничего не ответил, лишь молча смотрел в огонь, словно завороженный пляской пламени. Некоторое время стояла тишина, прерываемая лишь потрескиванием поленьев да скрипом кресел под нами. Затянувшуюся тишину нарушил слуга, принесший маленькое блюдце с маслом и свежеиспеченные булочки. Правда, я не совсем понял, зачем он все это принес, так как никто к ним даже не притронулся. Но из оцепенения его появление нас вывело.
– Знаете, – сказал барон, – я, тут немного подумав, вдруг вспомнил забавную историю.
– Так в чем же дело, – оживился комендант. – Нам сейчас как раз не хватает забавных историй. Рассказывайте. Мы вас слушаем.
И барон рассказывал. Ярко и красочно, сильно жестикулируя. Мы слушали и смеялись. Пили вино. Коменданту, как оказалось, тоже было что вспомнить. Вечер медленно перетекал в ночь. А истории не кончались. Можно было сказать, что я был счастлив, по крайней мере, в этот вечер. Разошлись мы далеко за полночь. Я с трудом доковылял до своей кровати, и в этом мне очень помогла моя новая трость. Уснул я, как только моя голова коснулась подушки. Сны были яркими и беспорядочными. В одних из них, грустная голова медведя печально жаловалась мне на свою жизнь со своего почетного места над камином в общей зале. А я, почему-то, лишь смеялся в ответ.
Раннее утро застала нас хмурым неприветливым небом и мелким противным дождем. Я, ежась, стоял у второй повозки в которой и должен был ехать вместе с Мари. Изначально это место предназначалось для барона, но он уступил его мне, так как долгое пребывание в пути верхом я бы не перенес. Поэтому Кравит Фольк, не став слушать моих возражений, сейчас восседал на вороном жеребце, из седла разглядывая выстроившеюся неровную процессию.
Колонна из двух экипажей, одной телеги с продовольствием и вещами завершалась небольшой группой людей, состоящей из женщин, стариков и детей из форта и близлежащей деревни. Все они сбились в небольшую группу, прямо за телегой с продовольствием. У каждого был с собой мешок или походная сумка со скарбом. Женщины взволнованно успокаивали еще более испуганных чем они сами детей. Среди них была, и жена Кавира, Квинта, которая в отличии от других стояла немного в сторонке выслушивая напутствие своего мужа.