Вдалеке перелесок утопал в молочном тумане.
Топи источали свой скверный запах, и всякая мелкая тварь подымала стрекот али жужжание.
Лошади обмахивались хвостами, пытаясь сторониться летающих гадов, покуда опричники стояли полукругом подле горбатого дерева.
- Да какого же чёрта… - вздохнул Малюта, потирая подбородок.
Басман-отец хмуро глядел на тело, висевшее на ветке. То был кто-то из крестьянских. Покойника явно терзал какой недуг, ибо хворь знатно сказалась на его лице.
Облик погибшего был много осквернён, изуродован здешним зверем, да всяко труп был свежим – не боле дня, так точно.
Алексей хмуро разглядывал покойника, как обернулся через плечо. Вдалеке послышались шаги да ржание лошади. То явились Афанасий с Кузьмою.
Нынче все были в сборе.
- Чёй-то ж они так невовремя дохнут! – всплеснул руками Григорий.
Басман-отец спустился в вязкую топь, чтобы подступиться к трупу. Опричник взял висельника за руку, да приметил въевшийся след от грубой бечёвки.
- Видать, - произнёс Алексей, оглядывая братию, - кто-то порешал иначе, что сейчас как раз самое время. А ну, болдыри, признались, али кто из вас?
Не сговариваясь, все опричники разом обратили взор на Малюту.
- От ещё, неча делать! – возмутился Скуратов. – И право же – поди, кто из нас и прибей – так какой толк прятать?
- И то верно, - вздохнул Басман, поглядывая на сына.
Фёдор пожал плечами, да мотнул головой. Алексей вздохнул, потирая переносицу.
- Значится так, - молвил Басман, сложив руки на груди.
Хмурый взгляд опричника вновь бегло прошёлся по висельнику, будто бы что-то могло перемениться в нём.
- Пустим молву, что, мол, крестьянские вновь самосуд чинят. Завтра выведем дюжину холопов, да изобьём хорошенько, для виду. На том и всё.
Басман поглядел на братию, пытаясь угадать – не хочет ли кто молвить. Мужчины согласно кивали.
…
Когда опричники воротились с топей, ночь опустилась на Кремль.
Князь Вяземский едва глядел, куда ступает – думы его были заняты иным. Лишь когда заслышался уж больно скорый шаг, Афанасий обернулся через плечо. Следом за ним шёл юный Басманов.
Они встретились взглядом, и обоим хватало благоразумия хранить общие тайны. О письме знали лишь они двое и сам государь.
По сему же, опричники, не обмолвившись ни словом, прошли по коридору. Обоюдное безмолвие хранилось вплоть до того мига, как они стали напротив дверей в опочивальню князя Вяземского.
Фёдор оглянулся через плечо, поглядывая, нет ли кого праздно шатающегося в сей поздний час.
Они переступили порог покоев.
- Я узнал его, – твёрдо заявил Фёдор, едва Афанасий затворил дверь. – Этот мужик и передал мне письмо.
Князь не то что бы сильно, да подивился, поглядев на юношу.
- И Кузьма накануне видал его с Бельским князем, – кивнул Вяземский, проводя рукой по бороде.