Басманов подступился к нему, оголив шашку.
- Где он? – вопрошал Фёдор.
Борис едва-едва усмехнулся прегрустно, тупо пялясь, всё ещё выглядывая чего-то. Он не переставал озираться, а уста жадно глотали холодный сырой воздух.
- Я сохраню твою жизнь, - молвил Фёдор, убирая шашку в ножны - Но передай ему послание.
На сих словах Басманов в ужасе оглянулся, заслыша топот всадников.
Фёдор резко снял с пояса хлыст и перекинул его попрёк горла Бориса.
Когда Малюта успел прибыть к ним, то завидел, как тело беглого нищего уж уняло свою агонию, и Фёдор оттащил его и скинул в холодную воду. Река понесла его прочь.
- Сам-то цел? – вопрошал Малюта, спешиваясь и оглядывая Фёдора.
Басманов оглядел себя, да приметил, как измарался в крови.
- Похоже на то, - кивнул юноша, убирая волосы от лица.
- Славно, - сухо кивнул Малюта, оглядывая пустую безлюдную пристань.
…
Бросив короткое глухое проклятье, Иоанн уже видел, как воздух вокруг него дрожит, будто бы от жару. Стоило владыке приподнять очи, как осточертевший призрак насмешливо взирал на него.
Андрей Курбский, будто и впрямь во плоти, стоял прямо пред своим царём.
- Коли он метнётся за границу, может, ему чего передать? – вопрошал злой дух.
Иоанн, хоть и слышал речь бесовского видения, но боле был занят обликом его. Образ становился всё боле неотличимым от облика людского – не хватало лишь тени.
Ужасаясь этим сходством, Иоанн стиснул губы, сжимая в кулаках подлокотник трона. Царь не внимал тому шуму, коий навевался лукавым видением, глуша свой рассудок отчаянной, пылкой молитвой. Слова будто бы лезли друг на друга, липли и уродливо срастались, и вскоре обратились шумом, ещё боле чудовищным и нечестивым. То уродливое созвучие гудело в раскалённой голове, когда вдруг один звук рассёк его, и всё стихло.
- Царе?... – вновь вопрошал Фёдор, крепко охватив руку государя.
Иоанн сглотнул, окинув палаты мутным взглядом, а опосля того взглянул на юношу. Широко раскрытые очи Фёдора сокровенно и трепетно глядели на владыку.
Царь перевёл дыхание, и ему было плевать, был кто подле них, али нет – Иоанн обхватил своего Фёдора за затылок, притянул к себе и крепко поцеловал в губы. Басманов поддался вперёд, отдаваясь владыке, прикрывая веки.
Окончив мягкий поцелуй, Иоанн глубоко вздохнул, и, взглянув вновь на юношу, едва-едва коснулся его лица, убрал смольные пряди от лица.
- С чем явился? – полушёпотом вопрошал владыка.
Басманов поджал губы, отведя взгляд.
Иоанн видел, как тень промелькнула по ясному взору его слуги.
- Пришло известие, - молвил юноша, отстраняясь от трона, и обхватив себя руками.
Владыка молча внимал, ведая, что нынче на сердце Фёдора много больше, нежели он готов молвить.
- Штаден совсем плох, - тяжело признался Басманов.
Иоанн сглотнул, сложив руки в замке перед собой.
- Славный он.