Автор
В Василисе происходит чудовищное заигрывание. Мучительная непередаваемая страсть заставляет забывать все остальное: самооценку, будни и мечты о завтрашнем дне. Каждый момент проводится в безмерном желании сохранить это ненасытное эмоциональное бурление наедине с партнером. Эта книга — кладовая адреналина, вызывающая страстные и почти физически нестерпимые ощущения....
Прикладываю сосок к пухлым губам и с непривычки дергаюсь, когда он жадно обхватывает его и начинает глотать.
— Эй, мне там оставь, — усаживается рядом Макар и внимательно смотрит за процессом кормления.
Елозит по кровати, и я понимаю, насколько это его возбуждает.
Поднимает взгляд и хмурится.
— Ведь мы могли все это пережить уже давно…
— Нет… — качаю я головой и второй рукой переплетаю наши пальцы. — Тогда рождение ребенка было бы наполнено страхами и неуверенностью в завтрашнем дне, а сегодня в моей голове пусто и хорошо.
— Теперь ты будешь очень горячей мамулей? — играет он бровями и целует мою руку.
— А ты строгим папулей, — шепчу я с улыбкой и чувствую, как меня клонит в сон. Макар же пусть иногда бесит, но сегодня прям герой. Укладывает меня на подушки, а напившегося малыша забирает на руки. И пока я засыпаю, кажется, хочет ему что-то объяснить. По понятиям.
Надо будет ему напомнить, что парню нет от роду и суток.
А главное, напомнить, что его преступные замашки и уверенность в безнаказанности не должны передаться сыну.
Но это, конечно, фантазии, а реальность будет такой, какой сделаем мы ее сами. Вместе.
Бонус. Макар
*** 15 лет спустя ***
Нет, это ни в какие ворота не лезет. Я значит открываю глаза. Улыбаюсь в надежде увидеть лицо любимой женщины, а кровать пуста.
Опять.
И только смятая подушка говорит о том, что она вообще ложилась спать.
«Да, да. Еще пять минут, и я иду»
Эти пять минут затянулись на полтора часа, так что пришлось даже открыть книгу.
Надеялся хоть на утро, но опять облом. И этот облом длится уже четырнадцать дней.
Вася кажется забыла, что я ни хера не железный и дрочить, как пацан не буду.
У меня между прочим есть жена с охеренной задницей и рабочим ротиком. Но эта жена давно воротит свой ротик, а заднице виляет не передо мной.
Перед рабочими, что строят очередной фитнес-центр. Учитывая детей, друзей я просто стал предметом мебели, на который она даже не смотрела. Сначала списывал на усталость, на занятость.
"Я тоже работаю как волк, с Ярославом мяч гоняю, спортом занимаюсь, с друзьями выпиваю, но всегда нахожу время подумать о жене.
И член мой думает. А эта сучка просто нас игнорирует.
Поднимаюсь с кровати, разминая затекшую за ночь шею и слышу шум в ванной. Она в душе, значит есть шанс ее там застать и трахнуть.
Доказать, что в этом доме я все еще мужик, а не предмет интерьера.
