Сердце корабля сжимается в голоде, как сталь при замерзании. Мерцающие индикаторы на приборной панели и тихий утробный гул двигателей создают мрачную иллюминацию бескрайнего космического пространства. Вместе с бушующим ветром и холодом, ящерами метеоритов и роковой гипотезой о жизни за чертой тьмы, дежурство кажется не просто обязанностью, а узлом, который развязывать можно только пройдя через него....
Отвлекая Шаниту от серебристой кисточки хвоста Дюсана, Ева задала последний вопрос, который ее волновал:
– Что ты еще знаешь и можешь сказать о людях, среди которых лежит твой дядя?
Удивленно моргнув, Шанита мысленно вернулась в реальность и, коротко пожав плечами, устало ответила:
– За эту неделю я услышала о них столько, что мне еще долго кошмары сниться будут. Сутенеры, извращенцы, наркоторговцы и убийцы, а мой дядя – подлец, который за копейку продаст любого, а если потребуется, то и убьет. По ним давно тюрьма плачет, да только поймать никак не могут.
Она слегка ссутулилась и, почувствовав, как все тело болит от усталости и голода, шагнула к Дюсану и смущенно прислонилась к нему, пытаясь обрести опору хотя бы так. Ай Йарин слегка напрягся, почувствовав неуверенные прикосновения, и еще крепче обвил ее талию хвостом, сильнее прижимая к себе, поощряя и предлагая свою поддержку.
Рантаир нарушил молчание, обняв Еву со спины, и, обращаясь ко всем сразу, сказал:
– Дюсан Ай Йарин, ты свободен! Придет время, и я обязательно воспользуюсь твоим обещанием помочь.
Дюсан резко поднял голову, внимательно выслушал кован Разу и, коротко кивнув, произнес:
– Я принимаю свои обязательства и даю клятву!
Затем он подхватил свою женщину на руки, прижал к груди и быстро, не оглядываясь, направился в сторону космопорта.
– Тройс, Дивар и Ро, наведите здесь порядок, чтобы никаких следов не осталось, а потом догоните нас.
Рантаир с Евой и ее личный телохранитель быстрым шагом направились в сторону гостиницы «Фантом Пегаса». Их быстро нагнали Радьяр и члены его клана.
