Сердце корабля сжимается в голоде, как сталь при замерзании. Мерцающие индикаторы на приборной панели и тихий утробный гул двигателей создают мрачную иллюминацию бескрайнего космического пространства. Вместе с бушующим ветром и холодом, ящерами метеоритов и роковой гипотезой о жизни за чертой тьмы, дежурство кажется не просто обязанностью, а узлом, который развязывать можно только пройдя через него....
Мы с девочками переглянулись, пытаясь понять, что от нас требуется. Света прошипела:
– Он что, хочет, чтобы мы им тут концерт по заявкам зрителей устроили? Я правильно понимаю или нет? – Она посмотрела на него и пожала плечами.
Мужчина вновь нетерпеливо пошевелил пальцами над моим носителем, складывая их в непонятные фигуры, и снова протянул его мне. Я неуверенно взялась за кибер и, забрав его себе, переспросила, тоже при помощи жестов:
– Вы хотите, чтобы мы станцевали для вас? – и вопросительно глянула на него.
«Красный» кивнул и, обведя рукой стоящих вокруг мужчин, что-то прорычал и снова кивнул.
Я повернулась к изумленным девочкам.
– Ну что, плясать будем или помрем, не сдавшись инопланетному врагу?
Вера, которую била мелкая дрожь, просипела:
– У нас выбора нет, ты же видишь. И мне страшно представить, что будет дальше, судя по их голодным взглядам. Я уверена, танцами они не закончат!
Света ободряюще погладила сестру по руке и прошептала нам обеим:
– Девочки, я думаю, если что-то пойдет не так, каждой из нас надо выбрать одного, чтобы он сам решал, как отбить свое добро у других.
Я скептически усмехнулась:
– А если он не жадный и готов делиться с товарищами?
Светка нахмурилась и, оглянувшись, прошептала:
– Тогда нам всем придется познакомиться с песцом.
Мы невольно улыбнулись сквозь проступающие от страха слезы. А Вера предложила:
– А давайте напоследок станцуем так, чтобы они слюной дружно захлебнулись. Хотя я согласна, если вон тот высокий рыжик, который с красным стоит, выживет…
Мы удивленно посмотрели на нее, а Света сквозь зубы ехидно процедила:
– Кто-то недавно говорил, что они животные?
– Света, неужели ты еще не поняла за двадцать два года жизни, что все мужики – животные? И какая разница, растет у него из задницы хвост или нет.
Мы кивнули и отошли в сторону, чтобы подготовиться. Никто из зрителей не шелохнулся, все так же напряженно следили за нами.
На Вере была белая туника с ярким принтом и красные легинсы, на Светке – джинсовый комбинезон на бретельках, а на мне – легкий шелковый комбинезон с шортами и топиком без бретелек. Держался он на резинке и на честном слове второго размера. Да, Светке повезло больше, у нее третий. А бедная Вера едва натягивала полуторный. Мы все трое носили босоножки на платформе, в которых было удобно ходить по не всегда ровному полу «Конкорда».
