В холодном мраке Карага измененные сталкиваются со слабостью в радиомолчании. Голос Вессема оживает через громкоговорители, заставляя их смотреть друг на друга под искривленными зеркалами правды и страха. Каждое слово кажется игрой судьбы в этот безмолвный час.
— Я никогда этого не…
— Корто, я сказал, заткнись и подключайся. Это приказ! Выполняй!
— Я просто говорю, что у меня может и не получиться.
Хольт еще пару секунд смотрел на меня, потом поднес браслет к лицу.
— Химера вызывает Скифа, прием.
— Скиф — Химере. Слышу тебя, прием.
— Химера — Скифу. Подгони машину ко второй контрольной…
Я опустилась на землю и прислонилась спиной к стене, которую так и не смогла перелезть. Вот так. Предположим, я сейчас в лаборатории, в желтой зоне, сижу в кресле, и рыжая Олли вколола мне стимулятор.
— Химера — Скифу, ко второй контрольной, быстро!
Я вода, я вода, я вода, я сижу в кресле, мне сделали укол… Если Эрика может, то я тем более. Я подключаюсь за двадцать шесть секунд — это хороший результат.
Я приоткрыла глаза.
— Химера, это Кристалл. Уровень — серый. Где вы? Прием.
Я вздрогнула. Серый — это плохо? Хуже, чем светло-серый?
От затылка начала растекаться боль. Я снова закрыла глаза и сосредоточилась.
— Химера — Кристаллу. Мы работаем, держите его. Конец связи. Твою же… Скиф, сколько можно ехать, прием?!
Я не в кресле, я не в безопасной лаборатории. Я на полигоне, и у меня нет стимулятора.
Головная боль стала сильнее, я заскулила сквозь сжатые зубы и вцепилась в волосы.
— Корто, что с тобой? — донесся до меня голос Хольта.
Где ты, Петер? Где ты и твоя темнота?
Сквозь полуприкрытые веки я видела, как мир заливает зеленью. По затылку словно провели раскаленными когтями, боль захватила голову и теперь стекала вниз, по шее, по позвоночнику, и снова поднималась по рукам, которыми я дергала пряди волос. Я почувствовала, что заваливаюсь на бок, и кто-то поддержал меня.
— Корто, выходи оттуда, сейчас будет стимулятор. Корто, ты меня слышишь?
Нет. Я смогу. Эрика может, а я не хуже.
