В темном переулке неслышно выглядывает человек в шапочке. Лишь легкий ветер гоняет по улице мусор и тряпки, а на соседней крыше лист железа скрипит отлетев. Здесь никого нет — лишь тишина. Но цель есть: труп. Мужчина был крепким, сильным, мог бы даже выбить дверь ногой — но теперь это прошлое....
Да и не лез до сих пор сюда никто. Отсюда – пробовали, и даже успешно. А вот обратного процесса я не припоминаю.
Смещаюсь ещё правее – совсем к стене. В случае чего и не уйду ведь! Но азарт – он уже меня захватил! Мне кажется, что слух и прочие чувства сейчас предельно обострены. Винтовку – на землю, из кобуры (опять из пришитого рукава, с той, что полицейские подогнали, сейчас кто-то из бандитов рассекает) появляется пистолет. Несколько движений – и на ствол навинчен глушитель. Хорошо, что я в своё время не толкнул торгашу это добро! Как чуял… Патрон давно в стволе – эту операцию я теперь контролирую особо тщательно.
Караульная будка, сооружение два с половиной на два метра. У задней стенки стоит топчан. Рупь за сто – на нём кто-нибудь уже обосновался. Она глухая, окон в стене не имеется, позади склад. Окна есть в передней стене и справа. Слева – только окошко в двери, оно меньше остальных. Но там и подход не очень удобный, мешает стена того самого склада. Так что особо далеко смотреть и не нужно.
Где сейчас могут быть часовые?
Смотрят в окно?"
"Ну один-то, наверняка.
Полчаса прошло или больше, сказать не могу, не смотрел на часы.
Блин!
В тёмном проёме ничего не видно! Внутри-то света нет!
Мой ляп… не подумал о том, что народ-то нынче пуганый и зажигать фонарей не станет. Это раньше они тут расхаживали, как по проспекту, и всякий раз считали своим долгом осветить сидящего на цепи человека.
