В темном переулке неслышно выглядывает человек в шапочке. Лишь легкий ветер гоняет по улице мусор и тряпки, а на соседней крыше лист железа скрипит отлетев. Здесь никого нет — лишь тишина. Но цель есть: труп. Мужчина был крепким, сильным, мог бы даже выбить дверь ногой — но теперь это прошлое....
Такое впечатление, что народ выполняет некий, заранее утверждённый, план действий. А вот это сомнительно уже само по себе! Нет тут настолько сообразительных людей. И ещё. Раз уж всё оговорили и обо всём условились, зачем тогда было выползать из ворот этой парочке? Что, утром уйти не могли? Или им так уж западло вместе со всеми остальными топать? Ох, не похоже. Да и шли они налегке, без груза, только с оружием. Это не очень-то похоже на бегство, скорее уж – на вылазку. Ладно, первый не дошёл… но этого от ворот могли и не видеть, темно всё-таки было.
* * *Голоса за стеной стали тише, народ, судя по всему, начал готовиться к выходу и перебрался ещё куда-то.
Чу!
Что-то проскрежетало в глубине помещения!
Оглядываюсь по сторонам и забираюсь под нары – там темно и ничего не разглядеть.
Забыл сказать – я лежу сейчас в рабском бараке. Повсюду валяются мёртвые тела – вчерашние рабы. В основном погибшие от гранатных разрывов – следы от попадания осколков хорошо видны на стенах.
Но что там может скрежетать?
Дверей никаких в той стене нет, и…
Внезапно повеяло свежим ветерком – и на стене мелькнул лучик света. Фонарь? Нет, там что-то другое…
Дневной свет?
Откуда?
Глухо прозвучало ругательство, и в поле зрения появился бандит с автоматом. Ещё один – и тоже с похожим вооружением. Так!
– Не видать ни хрена! Дверь-то заперта! И открывать её пока нельзя.
