Но при виде стола все оживились. Пока они ездили, женщины основательно проветрили квартиру, опрыскали большую комнату дезодорантом, уничтожая даже призрачный запах покойника. Сквозь сладкую муть дезодоранта пробивались умопомрачительные запахи – куриный суп с лапшой, пирожки… Анжелика припудрилась в ванной и уселась за стол на вдовье место. Повисла фальшивая скорбная тишина, всем хотелось выпить и закусить, но начинать было как-то совестно.
– Что ж, помянем, – сказал наконец Саша, берясь за свою рюмку. – У всех налито?
– Помянем в первый раз… – пролепетала мать Анжелики, рюмка у нее в руке дрожала.
Выпили, жадно принялись хлебать суп. Сразу стало полегче, понемногу возник разговор. Говорили, конечно, об Игоре, о его достоинствах, вспоминали истории, которые никому были не важны, но особо покойника никто не превозносил – это Анжелика отметила. Она сидела между Сашей и каким-то сослуживцем Игоря. Тот, слава богу, молчал. Покончили с супом, внесли пироги. Саша снова возгласил:
– Помянем во второй раз!
– Я водки больше не буду, – Анжелика отодвинула свою рюмку, но поднялся шум: «Надо, надо…»
Мать обеспокоенно возражала:
– Она плохо переносит, не стоит водки-то…
Анжелика злобно подняла рюмку и, когда стали пить, тоже проглотила свою порцию. Уже от первой рюмки ее слегка развезло, суп в качестве закуски никуда не годился. После второй рюмки она поняла, что вдребезги пьяна. Ее недуг – плохая координация – давал о себе знать.
– Может, салата? – предложил ей сосед справа. И, не дожидаясь ответа, положил ей на тарелку салат.
– Да вы ешьте, ешьте… – Он жадно поглядывал на водку, две рюмки, видимо, ничуть его не удовлетворили. – Я когда бабку хоронил, тоже есть не мог, тошнило.
– Я не потому, что тошнит, – пьяно улыбнулась она. Черный платочек (из чего только мать его выкроила?) сполз с ее плеч и упал на пол. Сосед его поднял, протянул ей, но она отмахнулась: – Возьмите себе!
– Что? – удивился он и повесил платок на спинку ее стула.
Анжелика, уже слабо владея собой, смахнула платок на пол.
Слава богу, никто на это внимания не обратил. Но соседа такое поведение молодой вдовы смутило. Он осторожно спросил:
– Паршиво, – кивнула она. – Ну и что? Все паршиво. Хорошо, что все кончилось.
«Заткнись, дура! – сказала трезвая Анжелика Анжелике пьяной. – Чего болтаешь!» Но пьяная Анжелика не послушалась, ей сейчас было море по колено.
