Только в фойе ей пришло в голову, что неожиданный вызов мог быть как-то связан с Кириллом, который находился в море. И испугалась.
– Что-то случилось? – спросила у посыльного, но тот только бесцветно ответил:
Возле крыльца на площадке стоял все тот же госпитальный «газик».
– Велено доставить вас на причал, – отрапортовал посыльный и помог ей забраться внутрь.
Еще издали она увидела над ангаром развевающуюся бело-красную кишку, показывающую силу и направление ветра. А когда вышла сама, этот ветер сразу почувствовала – он задирал подол плаща, рвал с шеи косынку. На причале стоял начальник госпиталя, хирург Кураев. Увидев ее, кинулся навстречу, чуть ли не поволок за собой.
– Калерия Петровна, как хорошо, что вас быстро нашли! Бегом!
– Да что случилось-то? – едва поспевая за ним, прокричала ему в спину Калерия.
– Потом объясню, голубушка! У нас ЧП. Как же я рад вас видеть!
Калерия была в полном замешательстве. Обычно неразговорчивый грозный Кураев вдруг рассыпался бисером, тащил ее куда-то… Он рад ее видеть! Только сегодня утром виделись на пятиминутке. Она ничего не понимала, до нее дошло только, что ЧП не с Кириллом. Иначе тон у начальника был бы другой.
У причала стоял катер с крейсера «Минск». Катер был грязно-серого цвета, который на флоте почему-то называется «шаровый».
Калерия и пикнуть не успела, как сильные руки двух матросов подхватили ее и перенесли на катер.
– Куда мы? – не унималась она, пытаясь добиться от взвинченного начальника хоть какой-либо информации. Но тот насупленно молчал, пока рядом возились матросы. Потом все-таки он вкратце обрисовал ситуацию.
Оказывается, в море, на крейсере, у кого-то случился приступ аппендицита. Операция длилась несколько часов, а хирургу все не удавалось завершить ее, поскольку там возникли кое-какие осложнения. Выбившийся из сил хирург запросил помощи на берегу.
– Но я-то при чем, Платон Наумыч? – ужаснулась Калерия, начиная соображать, чем чревато появление посыльного на репетиции хора. – Я терапевт!
– Вот и отлично! – подхватил Кураев. – Хирургию в рамках своей специализации изучали. Ассистировать вы мне сумеете. Чего вы так испугались?
Калерия почувствовала, что покрывается красными пятнами. Она была в ярости. Начальник сделал из нее крайнюю! Знает, что она после смены, что она не хирург! Можно учесть, что она женщина, в конце концов!
– Ну, так получилось, – вздохнул он, понимая, что теперь она никуда не денется и можно особо не миндальничать. – Лаптев отпросился в аэропорт тещу встречать.
