В Белграде взрыв прогремел как призыв к борьбе против преступности. Самолет на пути к столице заполнителей, где каждый день борьба с ними становится более жестокой и опасной. Пассажиры в своих креслах дремлют, привыкнув к постоянным шумам — от моторов самолета до тихих голосов стюардесс, предлагающих чай и кофе....
Но в этот вечер… Как тяжело стоять, болит голова… Он молча кивнул и, показав свой номер на бирке ключа, повернувшись, вышел из зала.
Официант не обманул. Через десять минут в номер постучали. Он не успел приподняться с кровати, как дверь отворилась и торжествующий работник сферы обслуживания ввел в маленькую комнату двух девиц. Одна — высокого роста и довольно полная блондинка, другая — брюнетка с вытянутыми, но правильными чертами лица."
"Усадив их на стулья, сопровождающий кивнул ему, и они вышли в коридор.
— Которую?
— Левую, — он и на этот раз изменил себе.
Официант позвал блондинку, и за ними щелкнул замок. «Что это я?» — подумал он вдруг с удивлением. Но отступать было уже поздно.
Он вошел в комнату. Девица смерила его взглядом с головы до ног и, видимо, осталась довольна внешним осмотром.
— Сигареты есть? — спросила она низким голосом.
— Не курю. — В нем начало нарастать глухое раздражение.
Девица вздохнула, вытащила из маленькой сумочки сигарету и, щелкнув зажигалкой, закурила. Номер наполнился дымом. Он молча подвинул к ней пепельницу.
Она продолжала курить, вызывающе поглядывая на него, словно спрашивая, не пора ли приступать?
— Кстати, как насчет монет? — деловито спросила девица, докурив сигарету.
Она явно не любила терять даром времени.
— В каком смысле? — Он позволил себе немножко позабавиться.
— В смысле денег. Разве официант не сказал? Я беру полтинник.
— Да, да, я помню. Деньги, конечно, вперед, — он еще мог иронизировать.
Она искренне удивилась.
— Конечно.
А он вдруг подумал, что не сумел бы назвать цену своему телу, даже если бы его очень попросили. Полез в карман, достал зеленую бумажку и протянул своей гостье.
— Это мне, — девица была из опытных, — и десятку надо дать официанту.
Он улыбнулся. Все-таки этот пройдоха обманул меня.
Что ж, придется заставить его поделиться.
— Я уже дал ему двадцать пять. По-моему, более чем достаточно.
Она с любопытством взглянула на него.
— Да?! Тогда бы уж сразу выложили стольник, и я бы осталась на ночь.
— Не надо.
— Что не надо?
— Ничего не надо. Как вас зовут? — решил он сменить тему разговора.
Она сказала. Кажется, он задал еще какой-то вопрос. Она снова ответила, но было заметно, что эта затянувшаяся сцена начинает ее нервировать.
