Молодая вдова с племянниками вынуждена спасаться от шантажиста в заброшенном поместье. Чтобы выжить и обрести независимость, она откроет для себя неожиданный путь — гончарное ремесло. История о том, как мастерство и упорство помогают преодолеть любые испытания.
Если он думает, что я буду вредничать и горделиво требовать самой оплатить деревяшки — глубоко заблуждается. Ну хочет купить сам — пусть покупает.
День получился насыщенный: я сделала почти всё, что хотела, и даже сходила к артефакту, через который вестники пересылают, и очень обрадовалась. Имара сообщала, что вернётся намного быстрее, чем ожидалось, да ещё не одна…
Глава 23
Дни шли своим чередом, погружая меня в бытовые проблемы и, конечно, в работу с глиной. Мне удавалось творить прекрасную посуду — не побоюсь этого слова — она была идеальна, как может быть идеальна посуда у мага земли, но немагическая.
Я не могла понять, как напитывать эти чёртовы руны магией. Уже и книги читала, и делала всё поэтапно, но стоило поставить посуду с магией сохнуть в несильно нагретую печь, как она трескалась.
Несколько дней — всё безрезультатно. Я пробовала разные примеси в глине, прописывала сколько, куда и как, и всё равно ничего не выходило.
Магия не желала сидеть в моих тарелках и кружках…
За это время мы боролись с вредителями на огороде — мелкая тля чуть не испортила всю посадку помидоров. Пришлось вспоминать земные рецепты, так как за зельями ехать в город было накладно.
Помог чеснок. Двести грамм настаивали в литре кипятка пятнадцать минут, потом добавляли две столовые ложки жидкого мыла, чтобы хорошо липло к листьям, разбавляли холодной водой до двух литров — и прыскали на вредителей, которые облепили все листья.
Мороки было на полдня — даже Хорт пришёл помогать. Хоть я и не просила, но грядка с помидорками у нас большая… Я свою тягу к «больше, не меньше» даже тут, в другом мире, побороть не могу.
Вечерами я всё так же глазела на тренировки Хорта под довольное рычание Колючки, и не было у меня угрызений совести. Я же просто смотрю.
Наши отношения с наёмником в эти дни были спокойными и ровными. Хорт, правда, всячески старался мне во всём угодить — глину помог перенести в мастерскую, гончарный круг переставил куда надо. Был он улыбчив и всячески располагал к себе, отчего моё сердце ёкало всякий раз, когда я его видела.
Настырный мужчина раз за разом притягивал моё внимание, и я уже спокойно думала о том, чтобы рассмотреть его в качестве своего мужчины…
Вот разведусь — и точно посмотрю…
Он уже завоевал любовь Тревора, Мирии. Ронья переживала за Хорта больше, чем за своего мужа, а однажды ошарашила меня:
— Ох, будь я помоложе — не отвертелся бы Хорт от жаркой ночки, — сказала она как-то.
