Автор
Прошка с грудью перехватывает дыхание, несется по улице в темноте. Крики "Дердзи его!" разносятся за спиной. Оставляя позади след от бараньей ноги, он стремительно мчится к переулку, надежды что их заметят лишь благодаря ударам сердца. Удавятся ли китайцы из-за маленькой порции мяса?...
Знаешь, какие в этих местах сомы? По три пуда весом!
– Случаются и больше, – веско и деловито заметил один из отроков, белобрысый мальчишка с конопатым лицом. – Мой батяня за две седьмицы до Перунова дня вытащил из Казаринского омута сома на четыре пуда. От реки того сома вшестером тащили, о как!
– Что-то я не помню, чтобы вы делились таким большим сомом с общиной, – сказал другой мальчишка, рыжий и хмурый.
– Его у нас волхвы забрали, – ответил белобрысый.
– Значит, ты видел волхвов? – спросил у него Буйсил.
Тот слегка смутился, но ответил утвердительно:
– Конечно.
– И как же они выглядят?
Мальчишка нахмурился и глянул на Буйсила недовольным взглядом.
– Ты чего? – спросил его тот. – Позабыл?
– Батяня не велел говорить про волхвов – ни доброго, ни дурного.
– Так ведь ты уже сказал, – пробасил паромщик Довгуш, лукаво поглядывая на отроков и ухмыляясь в черные усы.
Мальчонка растерянно хлопнул глазами.
– Сказал?
– Конечно.
Мальчишки посмотрели на растерянную физиономию белобрысого товарища и рассмеялись.
Темно-серая громада Мории медленно наплывала на паромщика и его пассажиров. Темница имела в высоту саженей восемь и была сложена из огромных замшелых камней. На некоторых из них, пристально вглядевшись, можно было различить замысловатые знаки, оставленные сто лет назад резцом таинственных каменотесов.
На добротной деревянной пристани уже поджидали семь вооруженных охоронцев с суровыми, бесстрастными лицами.
Отроки при виде оружия и чешуйчатой брони охоронцев поежились. Поежился и паромщик.
– Приветствую вас, охоронцы! – воскликнул Довгуш, причаливая паром.
– Здравствуй и ты, паромщик, – отчеканил бесстрастным голосом десятник.
Мальчишки не посмели раскрывать рты и старались не смотреть на суровых охоронцев в броне, по опыту зная, что те не любят, когда на них пялятся. Вот охоронцы в кафтанах, охраняющие клетки с узниками, те – другое дело. «Кафтанники» были людьми понятными и приветливыми и не возражали против разговоров.
– Через час отправлюсь обратно, – предупредил паромщик отроков, когда телегу ввезли во внутренний дворик каменной крепости.
Мальчишки лишь ухмыльнулись в ответ. Никто не позволит им остаться на острове после ухода парома. И паром никогда не отчалит от берега, не забрав их всех.
10
– Буйсилка! – воскликнул тот из «кафтанников», что был помоложе, и привстал с лавки. – Здравствуй, малец!"
"– И тебе не болеть, Кряж! – Отрок пожал протянутую руку охоронца.
