Знай хлопок! Взвыла атмосфера ожидания и напряженной готовности — сто парней на трассе, каждый из которых считает себя лучшим гонщиком. Серый дымок и нестройная пальба смешиваются в небывалой музыке скорости. Глаза устремлены на мигающий ствол пистолета — игра на выживание, где победителем может стать только тот, кто силен духом и талантом....
— Теперь не уйдет!
* * *Ориентируясь по компасу, время от времени устраивая короткие привалы, стараясь держаться ближе к горам, где легче можно было найти какое-нибудь укрытие от вертолетов, которые время от времени появлялись в небе, группа Сергея Пастухова, то поднимаясь, то сходя вниз по склонам холмов, прошла пустынными местами Северного Рашиджистана еще около шести часов.
— Серега! — крикнул замыкающий Трубач. — Глянь на карту. Граница должна быть уже где-то близко.
Пастух остановился и сверился с обеими картами.
— Если топать вдоль горной гряды, еще километров пятьдесят. Значит, пехом не меньше десяти часов. Но если вот к этому выступу границы — тогда часов пять, не больше. Но по открытой местности, без передыху, под солнцем… Давайте решать.
— Что уж тут решать, — сказал Боцман. — Это же не раки у Жванецкого — то за три, но маленькие, то за пять большие.
— Конечно, — сказал Док, — хочется скорей покинуть пределы благословенного эмирата, но я бы пошел все-таки ближе к горам.
— ""Нормальные герои всегда идут в обход…"" — иронически процитировал Боцман.
— Ну а ты что скажешь? — обратился к Трубачу Пастух.
— Скажу, что устали мы все как собаки, но это не повод, чтоб собачиться.
— По-моему, ты заговорил афоризмами, — улыбнулся Док."
"— Пустыня располагает, — кивнул Ухов. — Самые философские места… Считаю спор вполне идиотским, что, конечно, простительно для людей, которым солнце четвертый день печет головы.
— Все-таки гады вы! — сказал Боцман. — Глупый пингвин… как это там… прячет тело жирное в утесах… Хрен с вами!
И снова они двинулись в путь. Но прошли не более получаса, когда позади снова послышался уже ставший привычным, но неизменно грозный звук вертолета.
— Ложись! — крикнул Пастух, и все четверо тут же распластались на земле, вжались в горячую, как сковорода, твердую почву.
Немного в стороне пронесся небольшой серый вертолет с уже знакомым золотым львом в зеленом круге — эмблемой военно-воздушных сил Рашиджистана. Летел он низко, ниже, чем другие, потом заложил круг и пошел прямо на них.
— Пастух! — закричал Боцман, — Может, дать ему по сусалам? Из «калаша» достану.
— Лежать! — рявкнул Сергей.
