Инспектор Станислав Тихонов смотрел на Алексея Дедушкина с холодным презрением. Под тонкими перепонками век его щербатые глаза накипали слезы. В воздухе стоял атмосфера неизбежной судьбы, окунаясь в жестокую реальность уголовного мира. Начало этой книги — в сердцах таких людей, как Дедушкин и его товарищи по несчастью....
Похоже, «Гонки по вертикали» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Я хочу сказать, что с вами работал ленивый или неопытный следователь. Я начну землю рыть носом в поисках старых следов. Когда мы возьмем Батона и он расскажет о вас, а он, скорее всего, расскажет, я поеду на все три предприятия, где вы совмещаете работу как юрисконсульт, и привлеку к вам внимание партийной организации и общественности. Там наверняка с большим интересом узнают, что их юрисконсульт в свободное время консультирует уголовников. В общем, обещаю, что я много стараний приложу, чтобы доказать вам: нельзя жить так вот припеваючи только потому, что ты не оставляешь за собой явных следов…
Видимо, очень яростно я поведал это все Окуню, потому что он вдруг засмеялся и сказал:
— Послушайте, инспектор, чего вы в самом деле так распетушились? Мне ведь Батон не сват, не брат.
— Вот с этого начинать надо было, — сказал я сердито.
— Ничего. Я действительно не знаю, где он сейчас, но опыт подсказывает мне справедливость слов Альберта Камю…
— Каких?
— «Женщина всегда была последней отрадой для преступника, а не для воина. Это его последняя гавань, последнее прибежище, и не удивительно, что преступников обычно хватают в постели у женщины». Ведь хорошо, черт возьми, сказано! И очень точно!
Савельев, выслушав мой рассказ, сразу сказал:
— Это не просто совет! Он на кого-то намекал, но на всякий случай от прямых показаний воздержался.
— Ничего себе намеки! Иди проверь в Москве все постели, в которых может валяться Батон!
— Есть один вариант, — сказал Сашка. — Но это не наверняка…
— Ну-ка?
— Давай пошлем телеграмму-запрос в колонию, где отбывал последний раз Батон. У них там могут быть сведения о его переписке, посылках или свиданиях…
— Можно попробовать.
— Хорошо. Слушай, а этого жука навозного, Окуня, надо бы внимательно отработать, — сказал Сашка, недобро ухмыляясь.
— Давай с Батоном разберемся сначала.
Зазвонил телефон, я снял трубку.
— Стас, это ты? — раздался голос Шарапова. — Тут вот какое дело — из Тбилиси пришло спецсообщение. Ребята из уголовного розыска арестовали месяц назад некоего Зураба Манагадзе, его биография — целый уголовный букет. Сейчас он уже во всем сознался.
