Автор
Гора демонов — это мистический роман, написанный с акцентом на старых обрядах и суевериях Европы. Вальпургиева ночь в поместье Липовая аллея становится напугающей тишиной, когда все вокруг поднимается в гнев — ведьмы готовятся к своему великому празднику. Небесные звезды сменяют мягкое голубовато-сиреневое окрашивание ночной черноты, создавая атмосферу необычайной тьмы и напряжения....
— Но я должна поблагодарить вас за приглашение на это собрание, я не могу выразить словами, какое огромное значение это для меня имеет. Но я хотела бы задать вопрос, и может быть, он будет не безразличен для всех.
— Спрашивай! Сегодня ночью все могут говорить свободно.
— Да… Когда я сюда пришла. Там наверху… мне показалось, я узнала некоторых. Наверху…
Она умолкла, не хотела продолжать.
Тула взмахнула рукой, и свет медленно загорелся. Лучи его были направлены на небольшую часть стены позади верхнего ряда.
Они высветили семь-восемь существ, стоявших молча, внушая страх, и невыразительно смотревших на собрание.
Силье задохнулась.
— Мои демоны! Демоны из Афтенланда или Скюггеланда! Те, что приплыли под парусами из гор Ютгардсфьелля!
Ингрид вскочила.
— Они похожи на тех, которых я видела в долине Людей Льда — березы, превратившиеся в демонов. Но у моих морды были больше похожи на лисьи."
"Луч света стал шире, сместившись вправо. Появились новые морды, узкие и острые, с блестящими глазами.
— Это они! — воскликнула Ингрид. — Мои демоны!
— Собственные демоны Людей Льда, — кратко резюмировала Тула.
Свет наверху погас. Полные тайны верхние ряды под крышей снова погрузились во тьму.
Габриэл выдохнул и сел. Он чувствовал, что уши у него сильно горят.
Тула лишь улыбнулась.
— Еще есть вопросы, Силье?
— Нет, — ответила та слабым голосом. — Впрочем, если позволите?
— Конечно! Мы все тебе очень благодарны. Хотя бы уже за то, что ты заботилась о Тенгеле Добром.
— В таком случае, мне бы очень хотелось знать, что случилось с моими гобеленами?
Тула на какое-то мгновение растерялась, но со своего места встал Вильяр.
— К сожалению, те, что были в Гростенсхольме, утеряны. Но в мое время твои гобелены пользовались известностью во всей стране.
Мали дополнила:
— Я могу рассказать, что имя «Мастера Арнгрима» упоминается во всех книгах, повествующих обо всех произведениях прикладного искусства.
«Точно, — подумал Габриэл. — Тетя Мали и сейчас продолжает следовать принципам равноправия женщин».
Во всяком случае, ее заявление было встречено аплодисментами, предназначавшимися как ей, так и Силье.
Та, которую все называли новой прародительницей Людей Льда, пожелала еще сказать несколько слов.
