В мире, где каждый звук может превратиться в музыку, и каждая тень может быть знаком судьбы, ждет история об упрямой женщине-ученой Евгении Воробей. Словно птичка, всегда стремящаяся к вершинам своего небольшого счастья, она неизменно впутывается в загадочные приключения, вызывая смех и восхищение у тех, кому довелось узнать ее имя....
Похоже, «Гордая птичка Воробышек» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Высморкавшись в протянутую мной салфетку, она неожиданно спрашивает, повернув ко мне заплаканное скуластое личико:
- Жень, ты смотрела ""Имитатор"" с Сигурни Уивер?
- Д-да, - удивленно отвечаю я. - А при чем здесь...
- А ""Дети кукурузы""? - перебивает она меня.
- Конечно, это же по Кингу снято.
- И ""Психопат"", по Роберту Блоху?
- Тань, - в свою очередь перебиваю девушку, - я даже ""Молчание ягнят"" смотрела. Ты лучше скажи, к чему ведешь? - спрашиваю, поправляя очки. - А то непонятно. Постой? - поднимаю руку и прикладываю к горячему лбу.
- Я?! - Танька сердито смеется, закатывая глазки. Неласково отпихивает меня в плечо. - Это тебе лучше знать, как я себя чувствую! - неожиданно выдает, и я так и застываю с открытым ртом.
- Что?
- Ты меня совсем не жалеешь, Воробышек, совсем! Я с тобой поседею, зачахну, издохну, а ты-ы!.. - я таращусь в Танькины черные глаза, полные слез, не замечая, что ее палец обвинительно упирается в мой бутерброд, забытый в руке.
Танька наползает на меня, раскрывает объятия, и я, наконец, догадываюсь о причине ее слез. Говорю виновато, обнимая девушку:
- Тань, я не нарочно, так получилось.
- Без приключений? - щурит голодный глаз Крюкова и недоверчиво морщит хорошенький носик ищейки.
- Ну...
- Та-ак, Жень! Вот с этого момента поподробнее! - требует решительно, вскидываясь к столу и к закипевшему чайнику, и мне ничего другого не остается, как подробно рассказать подруге за чашкой чая свой непростой день.
***
Новый день встречает нас хмурым тоскливо-сонным утром и уныло бьющей в окошко ледяной моросью.
