Автор
Его называют Гордый. Он опасный властный коллекционер. На первое свидание он выманил меня шантажом. На второе – тоже. Обстоятельства вынудили меня сбежать от этого человека, но сегодня Гордый меня нашел, мечтая о мести. И я молюсь, чтобы ему ничего не стало известно о нашем сыне…...
Информация перекрыта. Вот поэтому, должно быть, и старую запись подняли, чтоб Дена на меня натравить и сбить с толку. Он сам сказал, думал, запись свежая. Он на той девушке женился через какое-то время. Но если всей кухни не знать, можно решить, что я его жену… того… вот он и слетел с катушек.
– То есть все думали, что картины у тебя нет, а она припеваючи висела себе в кабинете, – указываю большим пальцем себе за спину.
– Да. Именно. Но когда Борзый ее увидел, он сообщил заказчику. Наверное, хотел ещё бабла срубить.
– Они принялись за меня…
– Да.
Одно слово, но оно пробирает насквозь. Я неосознанно вожу по мужской груди пальцами от волнения.
– Зачем?
– Ден бросил фразу, что, мол, если б с моей женщиной так, – я морщусь, неприятно это произносить. – То мне тоже стрёмно будет. Угрожал. Вот я на него и подумал сперва. Но на тебя напали не его люди. Подготовка слишком видна, все подтасовали.
– Эти же люди устроили тебе аварию?
– Думаю, да.
– Почему я? Им сына не проще было забрать?
Саму корежит от этих слов. Если он скажет «да», нам больше не о чем разговаривать."
"– Нет. К сыну было не подобраться, его ты почти нигде не возишь, он постоянно возле дома и под присмотром.
– Из-за какой-то картины все.
– Правильно Вася сказал. Если бы ты тогда осталась, тебя бы и тогда могли использовать. И последствия могли бы быть куда серьёзнее, чем мои полгода восстановления.
Дотрагивается губами до моей шеи. А меня словно током бьет. Я даже слегка вздрагиваю, руки не слушаются, не могу его оттолкнуть.
– Гордей, не надо… – шепчу по привычке, но во мне уже расцветает внутреннее томление.
Он тут же прекращает. Но не отстраняется. Прижимает к себе.
