Автор
Кристина шаркает ногами по дому, готовясь к встрече, когда внезапно замерла у порога. Перед ней стоят отец ее сына, называемый всеми "Гордым", - человек, чьему возвращению она искренне радуетсья. Взгляды встретились — и Кристина понимает, что между ними лежит грандиозная тайна....
На руке Гамильтон с узнаваемой формой циферблата. Эти – самые дорогие из коллекции Вентура. Незнакомец любит качество, ценит комфорт и подчёркивает собственную индивидуальность. Не выпендривается Ролексом за два миллиона, но и не скупится на то, что ему нравится. Перспективный экземпляр. Вот только у меня свои принципы.
Уже прокручиваю в голове причину, по которой мне срочно нужно удалиться, но не успеваю.
– Гордей, – представляясь, тянет ко мне руку, не сводя жадных восхищённых глаз с моей фигуры.
Плавали. Знаем. Прости, дружок, со мной не прокатит.
По правилам я не могу высказывать пренебрежениях гостям, поэтому приходится все же протянуть свою руку в ответном жесте. Кожу тотчас же обжигает тёплым касанием. Незнакомец медленно наклоняется и целует мою ладонь, переворачивая. Выходит слишком уж интимно. Это очень плохо. И это дико напрягает. Чего он увязался за мной, в зале полно не менее прекрасных дам.
– Ты даже ещё красивее, чем я думал. Я специально за тобой вышел, – от его взгляда пробирает, от тембра его голоса хочется поёжиться. – Если бы ты приехала со мной, – кивает на маску в моей руке, а сам не сводит твёрдого взора с моего лица, – я бы запретил тебе надевать ее.
Он меня шокирует, и я поскорее пытаюсь подыскать подходящие слова, которые не должны его обидеть, но смогут очертить приемлемую границу.
– А моему спутнику очень нравится. Да и, кроме того, сегодня же маскарад, – безразлично пожимаю плечами, тем самым даю понять, что не жду ответа. И опускаю глаза, иначе мужчина может подумать, что я поощряю его настойчивость.
Взгляд сам собой цепляется за отполированные кожаные ботинки.
– Прокатимся? – взор его блуждает в области декольте и плавно скользит выше, замирая на мои губах. – Не хочется отпускать тебя.
– Не имею возможности.
– Я подожду. Мы никуда не торопимся, верно? – этот взгляд прожигает насквозь.
Он приближается на шаг. Чуть склоняет голову набок. Время будто нарочно замедляет ход, секунды растягиваются. Меня пробирает: аура у мужчины тяжелая, опасная. Его настойчивость начинает набирать вес. Сократив расстояние между нами, он касается моего плеча и плавно скользит ладонью дальше по обнаженной спине. Это не похоже на высокомерное домогательство или принуждение.
