Автор
Кристина шаркает ногами по дому, готовясь к встрече, когда внезапно замерла у порога. Перед ней стоят отец ее сына, называемый всеми "Гордым", - человек, чьему возвращению она искренне радуетсья. Взгляды встретились — и Кристина понимает, что между ними лежит грандиозная тайна.
От удивления я даже не дёрнулась, позволила застегнуть замочек на своей руке.
Браслет огромный. Изделие сиротливо свисает.
– Уберём лишние звенья, сядут как влитые, – уточняет будничным тоном.
А я в шоке сижу и рассматриваю… Ролекс. Ролекс, черт возьми! Даже дрожь побежала по телу. Я такие часы только на денежных мешках и видела. Сама о таких и мечтать не смела. Ролекс!
Металл приятно холодит кожу, огромный браслет, свисающий с тонкого запястья, позволяет почувствовать себя миниатюрной и хрупкой.
– Ты как-то говорила, что женские часы не уважаешь и предпочитаешь мужские модели. Это классика.
Когда он говорил «более весомо извинюсь»… он именно это имел в виду?!
– Не нравятся?
Комок застревает в горле. Часы начинают жечь руку. Ну зачем он так…?
– Гордей, – начинаю стягивать эту прелесть, – не надо так, я не смогу отблагодарить.
Мужчина перехватывает мою руку. Долго смотрит в глаза. Наклоняется и чувственно целует пальцы.
Не дышу даже. Тело уже охватывает сладостная истома. От невинных и в то же время острых прикосновений воспламеняюсь вмиг.
Градовский осторожно укладывает руку с часами мне на бедро и накрывает сверху.
– Лишние звенья позже уберём, – повторяет вновь. – Будет удобно.
– Попытка подкупа, значит?
– Ну зачем ты сразу. Просто я подумал, что совсем тебя не балую. Ты не чувствуешь себя в безопасности. Стараешься держаться отстранённо. Мы не можем договориться.
– Понятно. Все-таки это подкуп. Извини, но я…
– Это просто подарок, – перебивает, поглаживая ладонь. – Но я пытаюсь сказать другое. Не хочу тебя отпускать. С тобой башню рвёт. Хочется орать в голос оттого, как с тобой хорошо.
Он умудряется дотрагиваться вроде и невинно… но каждое касание – изощренная пытка. Я тоже по нему дико соскучилась.
– Гордей. Это всё… это не для меня. Я не выплыву.
– Говори яснее.
– Вот такие подарки… попытки изменить мою точку зрения… – киваю на часы, – как ни в чем не бывало «прости», а дальше ещё сто раз повторится… рестораны, где даже вздохнуть страшно: кажется, что у официанта одежда в десять раз дороже, чем на мне…это не для меня, понимаешь? Такие отношения, когда ты платишь, а я соглашаюсь… Всё это не для меня. Давай не будем ломать друг друга.
– Поздно, золотце. Я уже на тебя залип.
– Это уже чересчур, пойми. Да, я привыкла к дорогим машинам, яхтам, людям со скверными характерами и отвратительной манерой общения, высокомерным и безнравственным. Но работа – это другое. А в жизни я так не смогу. Извини.
