Автор
Шотландия весной 1481 года: Лукас избегает теплая кожа монашеского одеяния, сжимая зубы от неудобства. Он понимает, что его двоюродный брат Мэтью, вероятно, вынужден каждый день подвергать себя такому страданию за свою веру. Вопреки всем жертвам и испытаниям, Лукас все еще тоскует по свободе и обычной жизни....
Кэтрин ничего не стала говорить, когда он принялся собирать одеяла, класть в корзину еду и вино, а потом направился на конюшню за своей лошадью. Потом он усадил ее в седло, сам пристроился сзади, и тогда Кэтрин рассмеялась. Она начинала понимать, что именно задумал Лукас.
Когда они очутились на берегу озера, перед ее мысленным взором на мгновение встали сцены той трагедии, что разыгралась тут. Кэтрин посмотрела на место, где они оба чуть не погибли, но быстро отогнала эти призраки прошлого, когда Лукас помог ей спрыгнуть с лошади.
– Мы сейчас стоим на том самом месте, где впервые занимались любовью, – сказал он, расстилая одеяло под большой елью на поросшем мхом участке земли.
Кэтрин оглянулась и поняла, что Лукас не ошибся. Она улыбнулась ему.
– Ты совершенно прав, мой прекрасный рыцарь. Я даже вижу отметину от твоего ножа, который ты тогда воткнул в кору дерева.
– Тогда подойди ко мне, – произнес Лукас и помог ей опуститься вниз, хотя в таком деле помощь ей была не особенно нужна. – Мы начнем все заново, прямо здесь и сейчас.
– Я только что с ними так и поступила, – сказала она, наливая им по бокалу вина.
– Ну и умница."
"Лукас достал еду, и они принялись есть, разговаривая о Данлохане, и о своих семьях и о будущем. У них даже завязался небольшой спор насчет того, какие имена дать их первым пяти детям. Лукас уверил ее, что он не собирается менять свое решение остаться в Данлохане. К тому же это не стало для него какой-то жертвой, поскольку его отец был совершенно здоров и, дай Бог, еще много-много лет будет править Доннкойлом.
Насытившись, они легли на одеяло и стали смотреть в необычайно ясное летнее небо. Теплые лучи солнца навевали дремоту.
– Это было хорошим началом нашего нового будущего, – сказал Лукас.
– Да, ты прав, – согласилась Кэтрин, – хотя ты и забыл, что в первый раз, когда мы тут были, то занимались еще кое-чем.
– Да-да, мы любили друг друга.
– Именно так.
– Причем неистово, если я правильно помню твои слова.
– Да, именно так я тогда сказала. Мне понравилось.
– Тут я с тобой полностью соглашусь. Мне тоже.
– Конечно, тогда была ночь, и в небе светила большая круглая луна. Очень романтично. – Кэтрин усмехнулась, когда Лукас скрипнул зубами, услышав последнее слово.
– Не забывай, это новое начало. Нам не нужно делать все точно так, как было год назад.
– Да? Ну, точь-в-точь у нас все равно уже не получится. – Она положила руку к себе на живот.
