Автор
Шотландия весной 1481 года: Лукас избегает теплая кожа монашеского одеяния, сжимая зубы от неудобства. Он понимает, что его двоюродный брат Мэтью, вероятно, вынужден каждый день подвергать себя такому страданию за свою веру. Вопреки всем жертвам и испытаниям, Лукас все еще тоскует по свободе и обычной жизни....
– Я ведь беременна.
Лукас накрыл ее ладонь своей рукой.
– И это замечательно. Значит, я уже исправил одну ошибку, которую тогда совершил.
– Какую именно? – Кэтрин села и принялась снимать башмаки. Ей вдруг захотелось почувствовать щекочущее прикосновение моха и травы к босым пяткам.
– Мне нужно было сделать тебе ребенка еще год назад. Тогда я бы вернулся к тебе гораздо быстрее. И я бы не позволил всяким глупым мыслям так сильно укрепиться в моей бестолковой голове.
– Значит, когда ты привел меня сюда в ту ночь, то уже думал о том, как было бы чудесно, если бы я забеременела? – Она посмотрела на него своим самым сердитым взглядом, но Лукас в ответ лишь улыбнулся.
– Да, именно так я и думал, – с гордостью произнес он.
– Не могу поверить, что у тебя был такой план. Неужели ты собирался вынудить меня выйти за тебя замуж?
– Да, у меня были такие мысли. Я хотел заниматься с тобой любовью до тех пор, пока мое семя не дало бы плод, а потом бы уже предложил жениться, понимая, что ты вряд ли мне откажешь.
– Если ты все так тщательно продумал, то почему так и не сделал?
– Потому что, лишив тебя девственности, я стал чувствительным и слабым, как дитя. Тебе ведь было немного больно сначала, и я не хотел, чтобы ты вновь испытала неприятные ощущения. Поэтому я ограничился одним разом и перенес свои планы на потом.
– Планы? Насчет того, как соблазнить меня?
– Да, и не один раз, а много-много. Но ты была девственницей, и я понимал, что могу причинить тебе боль.
Какое-то время Кэтрин просто тихо сидела и слушала пение птиц, живущих на берегах озера, смотрела на блики солнца, играющие на воде. Слово «соблазнить» все еще звучало у нее в голове, пробуждая некоторые очень заманчивые образы. Но стоило ли думать об этом? – спросила себя Кэтрин. Ведь сейчас была середина дня, очень яркого и теплого. С другой стороны, у нее скоро начнет расти живот, и ей придется вести себя гораздо более умеренно. Пока она молода, у нее хорошая фигура, которую еще не испортили многочисленные роды.
– Лукас?
– Да, любовь моя?
– Я ведь больше не девственница.
Ему хватило мгновения, чтобы понять, какого рода предложение делала сейчас Кэтрин. Он схватил ее за платье на спине и потянул вниз. Когда Кэтрин оказалась лежащей на спине, Лукас лег сверху.
– Дикарь, – пробормотала она, беря его за длинные волосы, заплетенные в косы, и притянула лицо мужа к себе.
