Автор
Шотландия весной 1481 года: Лукас избегает теплая кожа монашеского одеяния, сжимая зубы от неудобства. Он понимает, что его двоюродный брат Мэтью, вероятно, вынужден каждый день подвергать себя такому страданию за свою веру. Вопреки всем жертвам и испытаниям, Лукас все еще тоскует по свободе и обычной жизни....
Чем больше она чувствовала в себе сил, тем тяжелее ей было прибегать к посторонней помощи в подобных случаях.
Когда Энни уложила ее обратно в кровать, пот ручьями стекал по телу Кэтрин. Несмотря на испытанное чувство смущения, она теперь ощущала себя гораздо лучше. Энни помогла ей выпить немного меда, который и на этот раз имел сильный привкус каких-то лекарственных трав. Кэтрин с благодарностью приняла эту помощь, ведь ее руки все еще дрожали от слабости. Выпив мед, она облокотилась на подушки, которые взбила Энни, и облегченно вздохнула.
Ее мысли устремились к Лукасу. Когда он появился у нее в последний раз, в его поведении что-то изменилось. Казалось, что злость в нем исчезла. Он почти стал тем самым Лукасом, в которого она влюбилась год назад. Но Кэтрин не могла понять, почему он вдруг изменился и как долго еще будет вести себя таким образом. А что, если он просто жалеет ее, пока она больна? Или Лукас все-таки начал сомневаться в справедливости своих обвинений?
– Я вообще не понимаю мужчин, – пробормотала она.
Энни улыбнулась и вновь принялась за рубашку.
– Вы не одна такая. Многие женщины их не понимают. Но ведь мужчины тоже не особо разбираются в женщинах.
– Это очень странный порядок вещей, тебе не кажется?
– Кажется. Но возможно, Господь придумал это затем, чтобы муж и жена никогда не наскучили друг другу. А почему вас сейчас волнуют такие вопросы?
Одно мгновение Кэтрин молчала, пытаясь понять, хочется ли ей поделиться своими сомнениями с Энни или нет. Но потом она вздохнула.
– Сэр Мюррей вел себя совсем по-другому, когда был тут в последний раз.
– По-другому? В каком, смысле?
– Он был добрее. Та злоба, которую я почувствовала в нем, когда он только у нас появился, куда-то исчезла.
– Ага, та самая злоба… Может быть, он наконец все тщательно обдумал и решил, что вы ему на самом деле не враг? Что вы невиновны в той беде, которая приключилась с ним год назад?
– Эта мысль тоже первой пришла мне в голову.
– Потому что все мы, кто хорошо знает вас, постоянно твердим ему, что он ошибается.
– Разве чужое мнение имеет для него хоть какое-то значение?
Энни тихо рассмеялась.
– Да. Печально, но тут вы правы. Тогда я не знаю, в чем причина.
